— Ну чего, выпьем за помин?
Бывший теперь уже Колокольный мертвец присмотрелся к бутылке, одобрительно кивнул и забрал себе. Выродок, нисколько не расстроившись, тут же извлёк из мешка вторую. Растерянные Денис и Валера молча переглядывались, наблюдая, как они пьют, но, поскольку нарушать трапезу было грешно, они так и не осмелились задавать вопросы без разрешения. Выродок опорожнил посудину, крякнул и принялся толковать Кудеяру свои дальнейшие планы.
— Вон там баню поставим. Рядом озерцо, рыбу ловить, ещё сад небольшой фруктовый — чисто на закуску. Как считаешь?
— Я больше по охоте соображаю, — оставив свою бутылку в покое, признался Кудеяр. — Думаю, затребовать поля и лес для загона дичи, псов охотничьих, а в центре — замок, украшенный шипами. И ещё баб затребую. Полсотни для начала мне хватит.
— Не заскучаешь?
— Сдурел, что ли? С бабами никогда не скучно. А что, думаешь, они согласятся?
— А вот и узнаем, когда они сюда снова искушать явятся.
Выродок недовольно покосился на стоявших по стойке смирно своих детей:
— Вы почему ещё здесь? Я же сказал — дверь открыта.
— Батюшка, так мы же не знаем о твоём последнем уроке. Что нам делать-то? — жалобно произнёс Валера.
— А… Ну иди сюда поближе. Я тебе на ухо шепну.
Афоня безучастно наблюдал за тем, как Валера с готовностью склонился перед своим богом и отцом, а тот выдал ему секретные наставления, после чего отвесил подзатыльник и отобрал костяной нож. Побаловался, мол, и хватит, не про тебя пока что отцова вещь.
— Спасибо, батюшка, всё уяснил. Прощевай, значит, — Валера почтительно поклонился ему в пояс.
— А со мной попрощаться не желаете? — неожиданно спросил Кудеяр и, поднявшись на ноги, поманил детей Выродка к себе пальцем.
— Да как бы… — Валера озадаченно посмотрел на Выродка, и тот утвердительно кивнул.
— Прощайтесь, всё одно же родня как-никак.
И Кудеяр попрощался с ними на славу. Денису зарядил кулаком под правый глаз, а Валере — под левый.
— Это я печати с вас удалил, — пояснил он с видимым удовольствием, почёсывая огненные кулаки. — Иначе почую я вас там, сами понимать должны, всё же не маленькие. Что надо сказать? Не слышу?
— Спасибо, названный отец-батюшка, — смущённо выдавили из себя несчастные дети, прикрывая ладонями пострадавшие лица.
— Вот и ладно, — оскалился Кудеяр, и пламя на его черепе полыхнуло зловещей синевой. — А мало будет — милости просим. А теперь проваливайте, пока я добрый. И помните: отныне мы с вами одна семья. В каждом вашем кошмаре, в каждой тёмной ночи. И раз казнить вас нельзя — буду миловать. По мордам. Регулярно. Чтобы, значит, не забывали своего батьку.