Ну, насчёт питания местных жителей Валера был прав: всё, что удалось купить у угрюмых карликов, так это несколько сухих лепёшек и немного вяленого мяса. Старообрядцы питались скудно. Еду готовили по утрам на улице на открытых очагах, и, честно говоря, эти щи, которые они кушали, не смогли осилить даже голодные до еды бывшие узники Верхотурья. Денис было навернул одну миску, а потом горько пожалел, и ему пришлось бегать по нужде за ворота, потому как до выгребной ямы карлики его не допустили. Что, кстати, было тоже весьма странно. Да, а ещё и за миски заплатить пришлось, ибо эту посуду местные брать назад отказались.
— Живут своим порядком, — объяснил Рожа. — Чужак — враг. От чужака только горе и несчастье. Чужак может сглазить еду, принести болезнь, навредить, опять же. Радуйтесь, что хоть под навес ночевать пустили, а то бы куковали снаружи. И насчёт их баб...
Тут он предупредил парней, чтобы те вели себя тихо. Особенно ночью. И если кто к ним ночью приползёт из женского пола, то ни в коем случае не отказывать, иначе обидятся.
— А можешь им сказать, что нас в Верхотурье страшно пытали и в процессе пыток оторвали нам последние яйца? — попросил колдуна Валера.
— Могу, но они вас голыми видели, когда вы в баню ходили.
— А может нам тогда за ворота перебраться? — робким голосом предложил Денис.
— Можно. Но там, снаружи, лес и земля Низгов, а у них сейчас самый гон. Если сюда явится целая стая, нам придётся туго.
— Каких ещё Низгов? — удивился Валера.
— Вепри-оборотни. Это их земля, но местных они днём не жрут, только ночью, если те за воротами остаются. Местные мажутся мазью с травой бородавником, тем и спасаются, а у нас такой мази нет.
— Бля! Какой жуткий выбор! — застонал Валера, хватаясь за голову. — Что же выбрать: гордость и смерть или позор и страшилу?
Рожа в ответ только посмеялся и посоветовал поменьше задумываться о красоте.
— Я многажды бывал на далёком Севере, — поведал он. — Охотился на упырей-чукчей, так там у местных считается за честь отдать храброму воину свою жену или молодую дочь для утехи. А их бабы рыбьим жиром мажутся для большей красоты и не моются никогда. Вот там, скажу я вам, такой смрад... Я иногда даже плакал.
Хитрый дедушка оказался прав. На вторую ночь, когда Денис решил втихушку посетить выгребную яму, его поймали на обратном пути за ноги и повалили на землю. Он уже хотел было пнуть ногой супостата и, сопротивляясь, споро перехватил чужую руку, но стоило ему лишь легонько надавить на кисть, как нападавший взвизгнул по-женски, и он несколько растерялся.