— Продался за подарки, понятно всё. Ты настоящая проститутка, — презрительно фыркнул Денис.
— А ты проститутка, которую поимели бесплатно. Думаешь, я не слышал, как ты что-то там про романтику верещал. У меня хотя бы прайс был... Один трах — одна бутылка. Ну а последняя шишками расплатилась.
Денис не нашёл, что ему на это ответить, и молча протянул руку. Валера понимающе хмыкнул и поделился по-братски. Наблюдая, как его друг морщится от горечи, он ободряюще похлопал его по колену.
— Терпи. Пытки пережили, секс без любви пережили, а этими шишками мы точно не отравимся. Я на себе проверял.
Денис медленно улёгся на дно повозки. В голове приятно шумело. Его снова потянуло в сон.
— День, я, кстати, спросить хотел... Твои ночью не хрюкали? — услышал он приглушённый голос товарища.
В этот момент засмеялся Рожа, и внимание Валеры сразу переключилось на него.
— Ты! Я так и знал! Сучий дедушка — ты нас оборотням в сексуальное рабство отдал!
— Да ты не лайся, внучок, не лайся... Нас бы иначе не пропустили.
— Какой «не лайся»?!! Вот почему мы два дня там сидели. Деня, не спи! Он на нас свиняшек-овуляшек натравил. А я, главное, за жопу одну щупаю, а у неё там хвост поросячий. Думал — атавизм. Ага, титьки начал щупать... Так восемь сосков... Деня, ты спишь? Деня? Это какой-то позор...
Но Денис уже крепко спал.
Через день на лес, через который они ехали, опустился густой туман. Повозка неспешно катилась в белёсом мокром мареве, а спутники почти не разговаривали, ибо Рожа снова велел вести себя тихо.
— По тайному пути идём, — сообщил он. — Тут нужен глаз да глаз. Иначе сойдёшь с дороги — и только тебя и видели.
Услышав вдалеке женский плач, Денис было дёрнулся, но возница молча погрозил ему кулаком. Потом где-то впереди заплакали дети. Валера знаком предложил товарищу ещё шишек, и тот не стал отказываться. Окружающая обстановка напрягала. Ему казалось, что они окружены призраками. И точно: в этот раз шишки не особенно помогли. Спустя какое-то время им начали слышаться голоса. Их звали из тумана по именам и просили остановиться. Они желали помощи, они умоляли и требовали. Голоса были настойчивыми, а от некоторых, особенно пронзительных, даже болело сердце. Рожа то и дело оглядывался, грозя товарищам пальцем, а те согласно кивали. Они тоже понимали, что это не простой туман, а какая-то чертовщина. Спустя какое-то время голоса начали высказывать нетерпение и злиться. Они больше не просили о помощи, а стали ругаться и обзывать. И при этом они совершенно не интересовались возницей, а нападали только на пассажиров. Казалось, голоса знали про друзей всё. Валере припомнили множество случаев из его детства и школьной юности, и там были такие постыдные вещи, что тот едва не лопнул от гнева и желания покарать обидчиков. Ну а Денису припомнили, как из-за него погибла целая деревня.