Экран выдал адрес архитектурного бюро Криса Дюпона: улица Дю Бак, седьмой округ. Это было совсем близко от улицы Университета — всего пятнадцать минут неспешной ходьбы. Разумеется, Маркус выбрал дизайнера, чья мастерская находилась буквально за углом его тайного парижского убежища. Логистика лжи всегда требует компактности, чтобы не тратить драгоценное время межрейсовых стоянок на стояние в парижских пробках.
Я вспомнила Софи. Вчера, когда мы мокли под дождем, мне удалось убедить её, что моя бледность и внезапные слезы — это лишь результат тяжелого перелета, усталости и душного воздуха в бистро. Она поверила. Моя чистая, доверчивая девочка проводила меня до дверей отеля, пообещав зайти завтра после лекций. Сегодня у неё был длинный учебный день в Сорбонне, а значит, у меня в распоряжении оставалось несколько часов абсолютной свободы.
Я допила горький кофе, чувствуя, как тепло медленно расходится по телу. На мне были те же темные шерстяные брюки, которые за ночь успели высохнуть на батарее моего крошечного номера, темно-зеленая водолазка из плотного тонкого трикотажа, мое длинное угольное пальто и серый кашемировый шарф. Я поправила ремень черной кожаной сумки на плече и вышла на улицу.
Парижский метрополитен встретил меня шумом встречных поездов, запахом нагретого металла и сквозняками в подземных переходах. Я доехала до станции Rue du Bac и поднялась на поверхность. Седьмой округ разительно отличался от Латинского квартала: здесь всё дышало сдержанным, аристократическим богатством. Ровные фасады домов, безупречно одетые прохожие, дорогие витрины антикварных лавок и тихий, респектабельный покой, который нарушало лишь шуршание шин дорогих автомобилей по влажному асфальту.
Я быстро нашла нужный дом. Офис «ChrisCo. Architecture d’Intérieur» располагался на первом этаже старинного здания с тяжелыми резными воротами. Вывеска была скромной, но невероятно элегантной: матовая латунная табличка с тонкими, строгими буквами. Сквозь огромное арочное окно-витрину была видна часть студии.
Я остановилась на противоположной стороне улицы, сделав вид, что увлеченно рассматриваю старинные гравюры в витрине букинистической лавки. Из своего укрытия я могла отлично видеть то, что происходило внутри бюро Криса.
Интерьер студии был выполнен в минималистичном стиле: светлые стены, стеллажи из темного ореха с образцами тканей и обоев, несколько чертежных столов под мягким белым светом ламп. У окна стоял мужчина средних лет в простом черном джемпере с небрежно подвернутыми рукавами. Он увлеченно обсуждал что-то с молодой помощницей, водя карандашом по большому развернутому чертежу. Крис Дюпон. Тот самый человек, чьи руки создавали интерьер для Маркуса и Селин.