Ведьмы приходили, но ушли ни с чем.
Нарья опасалась их мести, но ничего не происходило. Она сама постоянно следила, выискивала признаки ведьмовских чар, но ничего. Даже крохотного амулета не висело на дереве. Нарья была уверена, что бабушка не отступит, отчего отсутствие реакции от ведьм вызывало больше страха, нежели облегчения.
Оставалась проблема с провизией. Армия принца отступила к столице и засела там, закрыв амбары. В городе нарастало недовольство. Бояре, запертые в столице, всё же находили способы передавать информацию о происходящем через шпионов.
К концу лета стало очевидно, что сонливость и постоянная усталость Нарьи — не злые заговоры ведьм, а беременность. Живот рос, и скрывать его под одеждами становилось всё тяжелее. Поговаривали, что весть о беременности княжны дошла и до столицы, принц бросил все силы на её поиски.
Из всех лишь молодой князь видел в беременности только хорошее.
— Как поживает мой племянник? — весело поинтересовался он, заходя в шатёр.
Они остановились в поле, далеко от больших дорог. Со дня на день должен был грянуть большой решающий бой. Князь намеревался взять столицу. Тайными путями внутрь были переправлены дружинники, что откроют ворота столицы в нужный момент.
— Пинается, не даёт мне спать, — пожаловалась Нарья, и лицо её застыло, скрывая истинные эмоции.
Она полулежала на подушках прямо на земле, укрытой несколькими слоями ковров. Вокруг суетились служанки, собранные по деревням во время пути. Смекалистые девчонки заботились о княжне. Отбирали тех, кому уже приходилось ухаживать за беременными сёстрами и заботиться об их малышах.
Нарья и Мёртвая полагались на них, потому что сами в детях ничего не смыслили. Сама Мёртвая едва ли не на цыпочках ходила вокруг княжны, боясь, как бы не навредить ненароком. Нарья, наоборот, решила, что самое время научить подругу управлять своим смертоносным прикосновением, и нет-нет, да тыкала её пальцем в щёку, показывая, что прикосновение её не убило.
Ужасно не вовремя.
— Хочу понюхать ежа, — поделилась Нарья в разговоре с братом.
— Поймаем, если так хочется, — с нежной улыбкой отозвался он. — Быть может, что-то нужно раздобыть? Одежды, еды?
— Не такую жаркую погоду, если можно?
Они рассмеялись.
Мёртвая сидела в стороне, наблюдая за ними. Тревоги и сражения легли морщинами на лицо князя. Страх поселился в глубине янтарных глаз. Но стоило ему войти в шатёр сестры, как Митрий отбрасывал тяжёлые думы, и улыбка расцветала на его красивом лице.
— Тебе стоит сбрить бороду, — ухватила его за подбородок Нарья. — Выглядишь стариком!