Вместо ответа Митрий атаковал. Ткнул остриём, но Август легко, почти лениво отбил удар в сторону.
— Ты не воин, и мы оба это знаем, — покачал головой Август.
— Легко говорить с позиции сильного, — наконец открыл рот князь и вновь попытался ударить кончиком меча.
Август отмахнулся.
— Так прояви благоразумие и позволь тебе помочь.
Новая атака. Отведя меч противника в сторону, Август ударил князя кулаком в плечо, так что тот ахнул от боли, поспешно пятясь, волоча кончик меча по земле. Со стороны леса послышались крики. Должно быть, армии не выдержали, и завязался бой.
— Прости, князь. Но танцевать тут с тобой нет настроения. Нужно ещё проучить жену, чтобы не смела более убегать.
С рычанием Митрий бросился на него. Меч сверкнул на солнце, резко взвившись вверх. Не ожидавший такой прыти Август едва успел увернуться. Он отбил удар, уводя в сторону, но кончик князева меча дотянулся до подбородка.
Ещё бы чуть-чуть…
Проведя тыльной стороной ладони по подбородку, Август с удивлением посмотрел на кровь. Хмыкнул и атаковал сам. Ударил сильно, так что меч выпал из рук князя, а следом рубанул сверху вниз, от плеча к животу.
Удар сбил князя с ног. Охнув от боли, он поспешно отполз, хватаясь за оброненный меч.
Что такое?
Август уставился на целого князя. Тот должен был истекать кровью, мало какая кольчуга выдерживала такой удар. Но Митрий поднялся и вновь встал в стойку, уже чуть увереннее.
Мечи столкнулись, и Август, подступив ближе, вывернул оружие из рук противника, тут же ударив того в лицо эфесом меча. Потеряв равновесие, Митрий рухнул на спину и успел только ахнуть, когда Август пригвоздил его грудь к земле.
Где-то в толпе закричала ведьма, но Август не повернулся. Наслаждаться её страданиями он будет позже. После того, как разделается с мальчишкой, а сделать этого не выходило. Остриё меча упёрлось в худую грудь, но не пробило её. Пробило рубаху, кольчугу и одежду, но упёрлось в кожу. Ему явно было больно, но ни капли крови Август не видел.
— Что за дьявольщина? — выругался он и сгрёб Митрия за воротник, вздёргивая на ноги.
Рукоять меча разбила некогда острый нос князя, своротив его, лицо заливала кровь, но на груди — ни капли. Там, где рубил меч, страдала только одежда, но лезвие не сумело добраться до кожи.
— Привет от Мёртвой девы, — улыбнулся князь окровавленными губами.
В его руке мелькнул короткий клинок и вцепился в бок Августа, тот едва успел отбросить князя. Клинок пробил кольчугу, но вошёл неглубоко.
Ухватившись за рукоять странного желтоватого ножа, Август выдернул его, чувствуя, как под одеждой растекается горячее влажное пятно. В его руках оказалась кость. Деформированная берцовая кость, превращённая чьим-то извращённым сознанием в короткий клинок.