железное солнце, висящее на цепи у Иржи на шее, дергается влево будто само по себе и без труда всасывает этот смерч в желтый камень в центре. Кривая ухмылка на лице Иржи говорит сама за себя. Тойво только качает головой. Он сдается первым. Поднимает руку вверх, и огненный клинок тает, разлетаясь облаком ярких даже в солнечном свете искр. Иржи еще пару раз подбрасывает свой в ладони, но тоже с сожалением выпускает его, разрешая исчезнуть почти у самой земли. Братья сходятся в центре двора, кивают и пожимают друг другу руки. — Смотрю, ты даже во дворце не забывал тренироваться, — хрипло смеется Иржи. — Но про оружие тоже не забывай, магию слишком легко блокировать. — Да, разумеется. Но все же подумай — я едва не победил боевого мага, который всю жизнь провел на рубежах. Расскажу императору — вот он будет смеяться! — Да я пожалел тебя, малыш! — Иржи щелкает брата по носу и тут же отскакивает назад от огненной вспышки, которая следует незамедлительно. — Ну, ну, я же шучу. — Малыш, говоришь… — несколько угрожающе произносит Тойво, но Тимира видит спрятанную в его глазах улыбку. И в голосе слишком много любви, чтобы она поверила, что братья ссорятся всерьез. — Для меня ты всегда будешь младшим братиком, которого надо беречь и защищать, — провоцирует его Иржи. — Даже если ты первый советник. — Меня не от кого защищать. — Да, на главном своем враге ты женился. Очень удобно. Можно так сладко мстить и мстить… Глаза Иржи сверкают весельем, но Тойво уже не ведется. Он отходит в сторону, чтобы подобрать свою рубашку, вытирает ею пот со лба и снова поворачивается: — Кстати, хотел спросить, насколько тебе будет удобно, если я пока весь наш табор оставлю в крепости, а сам объеду ближайшие посты с малым отрядом? Не помешают они тебе тут? Не шумно будет? — Жену тоже оставишь? — ровным тоном интересуется Иржи. — Хм… — Тойво смотрит на него со странным выражением лица. — Вместе с фрейлинами? — уточняет Иржи. — Я еще вчера нашел три любовных записки под дверью. А с утра еще шесть. Мне не нравится, к чему все идет. — Насчет Тимиры еще подумаю, а фрейлин точно оставлю. — Оуууу… — тянет Иржи. — Одна надежда — что мои парни утомят их на сегодняшнем балу, и меня оставят в покое. Бал! Сердце Тимиры екает в груди. Разве он не пообещал перетанцевать со всеми дамами? Или замужних это не касается? — Значит, договорились? Завтра до рассвета отправимся, чтобы никого не беспокоить. — Надолго? — Дня на три. — Договорились… — тянет Иржи. — Ладно, пойду приму ванну, — Тойво встряхивает волосами