Глава 20
Тимира открывает глаза в темноту. В густую, пахнущую свежевыстиранным бельем и лавандой темноту. А не песком и кровью. В тишину, уютную и спокойную — а не звенящую предсмертным напряжением. Она лежит на мягкой постели, укрытая почти невесомым одеялом, но в комнате нет ни единого проблеска света. Поэтому приходится привстать, ощупывая кровать, деревянное изголовье, прикроватный столик и наконец — свечу на нем. Привычное усилие, простое, но эффективное заклинание, которому когда-то научил ее Иржи — и свеча загорается, освещая маленькую незнакомую комнату. Это не их с Тойво покои, это совсем крошечная каморка, вмещающая лишь узкую койку, застеленную хрустящим бельем, стол со свечой и кувшином для воды и ставни из темного дерева, закрывающие окно. Иржи! Ужас накатывает так стремительно, что Тимира подскакивает с кровати и бросается к двери, забыв о свече. Только распахнув ее в такую же непроглядную темноту, что окутывала ее минуту назад, она приходит в себя и останавливается на пороге, тяжело дыша. Огонек свечи колеблется от слабого сквозняка и вокруг по-прежнему царит густая тяжелая тишина, свойственная самым темным ночным часам. — Эй! Кто-нибудь… — зовет Тимира осипшим голосом. Темные коридоры пусты и темны — никого нет, никто не приходит. Она осторожно трогает босой ступней холодный камень пола и отскакивает. Чем закончился бой? Выжил ли Иржи? А песчаный монстр? Что происходит? Где она? Кто переодел ее в длинную ночную рубашку и уложил в чужую постель? Тимира делает шаг назад, берет в ладони тяжелый медный подсвечник и, поколебавшись несколько очень коротких мгновений, выходит в коридор. Свеча потрескивает, пламя мечется по стенам, рождая тени чудовищ, но слабый ток воздуха ведет за собой. Тимира не узнает коридоры — она сюда не забредала во время своей импровизированной экскурсии, но это определенно коридоры крепости. Холодные, темные, почти лишенные каких-либо украшений. Должно быть, это хозяйственная, а не парадная часть. Время от времени по левую руку встречаются темные двери — но все они заперты, а Тимира не решается постучать. Она лишь следует за сквозняком, который становится все сильнее, пока наконец не задувает свечу у нее в руках. Можно остановиться и зажечь ее снова, но впереди уже видно распахнутую дверь и мертвенно-голубоватый свет за ней. Поэтому Тимира ускоряет шаг — и выскакивает на улицу, прямо под звездное небо и царящую над двором крепости луну. Полночный ветер сразу пользуется случаем, чтобы растрепать ее волосы, собранные в нетугую косу,