— Я готова, — чарующе улыбнулась мне она, — Минута в минуту, Милый, — подойдя, подняла мою левую руку и посмотрела на циферблат часов она.
Я хмыкнул и, освободив из ее пальчиков левую, подал для опоры правую руку. Она подхватила мой согнутый локоть.
— Едем? — поинтересовалась она. Я кивнул, с трудом отводя взгляд от нее, и мы вышли из дверей дома.
Перед крыльцом стоял черный с серебром Роллс-Ройс. Водитель предупредительно распахивал перед нами заднюю дверь автомобиля.
* * *
Возможно, я очередной раз сделал глупость. Такая мысль посетила меня у входа в здание Нью-Йоркской Оперы, когда, при выходе из машины, мы были ослеплены вспышками фотоаппаратов папарацци. Но отступать было уже поздно, все равно все уже случилось. Осталось только с честью отыграть свою партию в этом спектакле.
Я помог выбраться Суо, подал ей руку, и мы без спешки, с достоинством двинулись ко входу в здание.
Проблестнуло еще десяток вспышек, затем репортеры отхлынули, разобравшись, что ждали они явно не нас. Слишком внезапно и пафосно появился наш транспорт, вот и перепутали с какой-то шишкой или звездой, планировавшей почтить своим появлением это мероприятие.
И уже в холле, я понял, кого именно они ждали. Супружеская чета миллионеров Говард и Мария Старк. «Золотой мальчик» Тони пока еще в природе не существовал. И судя по фигуре Марии, даже пока не планировался.
И Говард меня узнал. Стоило нам встретиться взглядами, как в его зажглось узнавание. Не только зажглось. Оно буквально запылало.
Естественно они направились к нам.
— Виктор? — обратился он ко мне, подойдя, — Это ты? Я не мог ошибиться.
— Здравствуй, Говард, — не стал играть в «обознашки» я, — Неплохо выглядишь. Слышал у твоей компании дела идут в гору.
— Ну, после войны у меня были некоторые проблемы, но внезапные инвестиции нескольких частных лиц из Западной Европы позволили остаться на плаву и взять неплохой разгон. Так что сейчас дела идут в гору, — улыбнулся он, — Но, я слышал — ты погиб в сорок третьем…
— «Слухи о моей смерти были сильно преувеличены,» — как заметил однажды Марк Твен, — отшутился я, — Кстати, одно из «частных лиц» сейчас перед тобой.
— Леди? — не совсем правильно меня поняв, обратился к Суо он.
— Не угадал, Говард. Это моя жена — Суо Лэншер. А «частными лицами» были мы с братом. Мы с ним владеем двадцатью шестью процентами акций твоей компании каждый, — «обрадовал» Говарда я.
— Двадцать шесть… Двое… Контрольный пакет… — шокированно пробормотал он. И я его понимаю. Внезапно узнать, что твоя компания фактически и не твоя вовсе. Он еще хорошо держится.