— Вопросы? Жалобы? Предложения? — с большим нажимом повторил я. Только, в этот раз, немножечко, совсем чуточку, приправил свой голос «Выплеском Ци». Ровно настолько, чтобы у них начали слабнуть коленки, и взгляд больше не был способен удержать линию «целик-мушка-мишень». Ну и руки трястись тоже начали.
— Мне третий раз повторить? Не слышу ответа? — с той же интенсивностью вложения Ци в свой голос обратился к ним я.
В этот момент как раз чуть-чуть прохрипелся и продышался их бывший Босс, давно сползший со своего дивана на пол, мне под ноги. Он, кажется, попытался сказать не то, что я хотел услышать. Поэтому, я… наступил ему на руку. На ту, которая оказалась ближе. И он как-то сразу перехотел вообще разговаривать. У него появилось гораздо более сильные желания. Например, кричать.
Его хрип-крик был настолько страшен, что тупоголовую охрану, наконец, проняло. Руки у них стали дрожать ещё сильнее. Стволы автоматов заходили ходуном.
Один не выдержал и нажал на спусковой крючок. Грохнула короткая очередь, которая… в меня не попала. Зато замечательно прошила другого охранника, который стоял с другой стороны от меня.
Я посмотрел на «недержанца» и погрозил ему пальцем. Тот деморализовался окончательно и вообще бросил свой автомат. Дальше я обвёл своим взглядом и остальных: пример заразителен — остальные своё оружие тоже принялись бросать на пол, только лишь встречаясь со мной взглядом.
— Вопросы. Есть? — раздельно и с ещё большим нажимом, не убирая своей ноги с пальцев их бывшего Босса, спросил я.
— Не-е-е-т… — дал позорного петуха чей-то испуганный голос. И тут же остальные усиленно замотали своими головами.
— Тогда, пошли вон отсюда! — рыкнул я, выпустив ещё немножечко Ци. Мастеров или Бойцов, способных сопротивляться давлению подобных техник, здесь не нашлось. Поэтому, уже через две секунды, в помещении никого не осталось, кроме нас с Викой и корчащегося под моей ногой бывшего Босса. Вынесли даже невезучего подстреленного бойца, благо, пули там прошлись по ногам, и, возможно, он даже выживет.
— А с тобой нам предстоит ещё долгий и основательный разговор, — по-доброму улыбнулся я бывшему хозяину здания, сойдя с его руки и поднимая его перед собой, как нашкодившего котёнка, за ворот его щегольского белого пиджака, оказавшегося достаточно крепким, чтобы выдержать такой вес. Поднимая и усаживая на диван… точно поверх ещё тлеющей сигареты.
Эм… ну, это было уже не специально… почти. А нефиг курить в помещении! Курение вообще — вредно для здоровья.
Глава 137
Вот всегда знал, что небольшие, но крайне болезненные повреждения организма очень стимулируют мозговую деятельность. А ещё способствуют проявлениям вежливости. В конце концов, ведь вежливость, сама по себе, как некий свод работающих правил, возникла именно для того, чтобы лишний раз не было больно… разве не так?