Без вита-лучей эффект растягивается на несколько лет. Да и сам препарат вышел в этом мире немного слабей. Но ударные тренировки в весь этот «инкубационный» период дали свой немалый плюс.
К этому времени я как раз вышел на пик физической формы, даруемой формулой (и прибавил еще три сантиметра, догнав свой рост до ста восьмидесяти). Мне, наконец, начинает нравится, как работает мое тело. И это кайф.
Недавно состоялся разговор с отцом. Не сказать, что тяжелый, но он напомнил мне о возрасте: двадцать шесть уже. Пора остепеняться. Подумать о внуках. И что, что я до сих пор выгляжу на двадцать два? Время-то все равно идет. А есть еще и такая штука, о которой я понятное дело еще не думаю, как пенсия, которую со своим фрилансом я рискую вовсе не увидеть. Ну, может бросит крохи какие-то государство… Я не возражал ему. Ведь со всех сторон он прав. Со всех известных ему сторон. Но говорить о формуле и, тем более, том имени, которым я сам себя называю, было бы глупо. Он, кстати, подсказал забавную мысль: открыть свой собственный зал, где начать тренировать детишек.
Нет, он высказался немного иначе: пойти в ДЮСШ и устроиться там тренером, раз уж мне все эти «восточные штучки» так нравятся.
И ведь я скорее всего этому совету последую, благо и опыт и желание у меня есть. Вот только, сначала в Японию съезжу. Хомбу додзе проведаю.
* * *
Отдать дань памяти и уважения Великому Учителю на кладбище фамильного храма семьи Уесиба в Танабе удалось только через полгода.
Это было тяжело. Тяжело и радостно одновременно. Тяжело смотреть на надгробный камень, понимая, что не смог спасти ТАКОГО человека, ставшего другом, даже во вселенной комиксов, где бессмертие, возвращение с того света, воскрешение является нормой, обыденностью.
Радостно от того, что он был в моей жизни. Что он был и в этом мире. Что он вообще был.
А еще от того, что я уже ЗНАЛ, что смерть не конец пути, а лишь начало нового приключения. И Учитель просто ушел учить кого-то еще. Или учиться самому…
Я провел на кладбище всего полчаса, зато на холме возле города в медитациях просидел двое суток. И не скажу, что время это было потрачено напрасно. Я что-то понял. Что-то важное. Но облечь это что-то в слова не смогу. В этом теле я, конечно, такой косноязычностью не страдаю, как в теле Саблезуба, но это все равно выше моих сил.
* * *
В Токио я провел пять месяцев, ежедневно посещая занятия в Хомбу додзе. Это было накладно. Приходилось больше уделять времени своей работе, брать более сложные, но и более высокооплачиваемые задания, благо высокий рейтинг, наработанный за эти годы, позволял это. Но оно того стоило. Точнее, я так считаю, что оно того стоило, потому, что мне это нравилось.