— Скруллы, — сквозь зубы выдавила Верс и отвела кулаки назад. Кулаки тут же начали светиться, а вокруг них аккумулироваться некая, заметная даже в видимом спектре диапазона энергия. Дамочка готовилась к бою.
— Уходите к самолётам, — тихо и совершенно спокойно ответил Николь я, — Уводи Верс. Я догоню.
— Хорошо, — кивнула мне она, — Только… не убивай их… — добавила Николь просительно, — Пожа-а-алуйста! — и глазками так хлоп-хлоп. И пофиг, что в очках. Я-то это её выражение лица хорошо знаю, как и интонацию. Необязательно даже целиком её видеть.
Отвечать я не стал. Тем более, что Верс на этот наш диалог уже и так смотрела округлившимися от непонимания глазами. Только раздражённо щекой дернул, да мотнул головой, повторяя своё предыдущее указание невербально.
Николь — девочка понятливая. Она улыбнулась мне, схватила за руку ничего не понимающую Верс и потащила её куда-то вглубь коридора. Хоть выход (он же вход) у помещения архива один, и находится в противоположной от направления их отступления стороне, уверен, Фьюри решит эту маленькую проблемку.
Я же повернулся к бегущим на меня «джентльменам», подостававшим из-под пиджаков свои пушки, и поднял свою винтовку — зря, что ли я её столько с собой таскал? Стащить, носить и не пострелять? Не! Так не интересно.
Две коротких очереди разорвали тишину скучного архива просто в клочья. Разорвали и рассыпались перекатами эха — акустика тут оказалась та ещё.
Пули прошли выше бегущих, почти впритык с их головами, а звук с силой молота ударил по ушам, что заставило Щитовиков сбиться с бега, кого присесть, а кого и попадать. Однако, совершенно не деморализовало. Всё-таки, ребята — действительно серьёзные, подготовку проходили самую жёсткую, простой стрельбой их не напугаешь. Даже, если стреляют в них. Из штурмовой винтовки. С сорока метров. В узком прямом коридоре, где спрятаться негде, а укрыться не за что.
Тут же раздались ответные выстрелы с их стороны. Пистолет, конечно, уступает винтовке: преимущество калибра есть преимущество калибра, но критичным это становится на расстояниях свыше ста метров. Здесь же сорок. И играть начинает скорость. Промахнуться в таких условиях сложно даже из «Макарова», не то, что из их «Беретт» и «Глоков», а то и ещё чего-то поинтереснее. Так что, их пули сразу же принялись больно жалить мои незащищённые бронежилетом ноги — говорю же: профессионалы. В корпус не целятся, ибо видят, что сие действие бесполезно…
Вот только, и стрельба по ногам, в нашем конкретном случае, была совершенно так же бесполезна. При моей регенерации-то. Я даже уклоняться не стал, хотя мог бы.