И пиво, и чипсы — слишком дорого обходились здоровью, чтобы легкомысленно к ним относиться.
— Как ваше самочувствие, Василий Иванович? Как рука? Заживает? — легко поинтересовался майор. Правда, скорее из вежливости, чем с настоящим интересом. Так, чисто для заведения разговора.
— Нормально. И самочувствие, и рука, — коротко ответил я. Без мрачности или наезда. Без напряжения. Просто, по многолетней привычке к сухости своих диалогов. Что поделать: привычка — вторая натура.
— Как жена? Привыкла к… возвращению воспоминаний? — задал следующий дежурный вопрос он.
— Ближе к делу, — поморщился я, прекрасно понимая, что случайно он бы здесь с пивом и чипсами сегодня не оказался. Тем более, что пиво, судя по запаху, безалкогольное.
— Вы новости смотрите, Василий Иванович? — не стал обижаться на такой ответ он. И даже пытаться изображать обиду не стал.
— Нет, — ответил я честно. Что поделать, если это действительно так: ни телевизор, ни соцсети, ни даже новостные сайты или газеты. Не интересно мне то, что там пишут или говорят. Всё равно, правды в том… процента два, хорошо, если наберётся.
— Но, про недавнюю операцию «Паутина» не могли же не слышать? — продолжил он, ничуть не смутившись.
— Не мог, — согласился я. И действительно: что-то там Галина по телефону с матерью или с сестрой, точно не помню, обсуждала. Что-то о том, как дронами, привезёнными в фуре, на аэродромах сколько-то самолётов стратегической авиации пожгли. — Трудно было бы не услышать.
— Эта их операция… то, что она прошла… это позор для всей нашей службы, Василий Иванович.
— Отомстить хотите? — понятливо хмыкнул я.
— Ответить, — слегка поправил он формулировку. — На такое нельзя не отвечать.
— Так в чём проблема? Координаты таких же объектов у наших «друзей» известны. «Орешник» этот новый, вроде бы есть. Делов-то?
— Ну, это, Василий Иванович, не нам с вами решать, — усмехнулся и развёл руками майор. — Это дело Верховного. А он… не торопится с таким ответом. У него там на то свои резоны и расчёты имеются.
— Тогда, что?
— Медийный, гласный, открытый ответ за Верховным… — понизил голос он. — Но вот тихий, непубличный ответ… за нами. Нельзя не ответить нам. Позор надо смывать…
— Конкретнее, — хмыкнул я.
— Вот это — кураторы и руководители той операции, — кивнул он на лежащую рядом с ним на скамейке сумку для ноутбука с тем самым ноутбуком внутри соответственно. Кивнул, но не притронулся. — Было бы просто идеально, если бы они все исчезли… тихо и бесследно. Навсегда. Как думаете, Василий Иванович? Не помешает рука?
— Не помешает, — хмыкнул я. — Мои условия прежние.