Молчание растянулось. Я чувствовала его дыхание, слышала звон бокалов, но всё внимание было приковано к точке соприкосновения наших ног. Он вдруг наклонился ближе, его губы оказались в сантиметре от моей щеки.
– Ты всегда так отчаянно вмешиваешься? – прошептал он, и его голос был бархатным, обволакивающим. – Или только когда тебе не всё равно? Когда тебе хочется что-то исправить. Проконтролировать. Или просто нравится чувствовать свою силу надо мной? Ты же понимаешь, что мой сын – повод, всего лишь точка нашего с тобой соприкосновения. Ты хочешь меня, я тебя... Давай не будем усложнять и вмешивать сюда Стёпу? Мы же можем просто наслаждаться друг другом?
У меня пересохло во рту. Его слова, его близость, его колено, давящее на моё, – всё это создавало невыносимое напряжение. Я чувствовала, как между ног становится тепло и влажно, и безумно боялась, что этот влажный след проступит на платье.
– Даже если вы меня... Получите от меня то, что хотите... Поведение Степана вряд ли улучшится. Мне не всё равно на ребёнка, – выдохнула я. – И я искренне хочу помочь.
– Ну всё, достаточно педагогики на сегодня. Степан не нуждается в твоей помощи. А вот его отец... Это невыносимое напряжение с тех пор, как ты вызвала меня в школу, сводит с ума. Его нужно снять. И поскорее.
Ужин тянулся бесконечно. Я нарочно ела медленно, будто пыталась отсрочить неминуемое.
Глава 10. Катя
Наконец, Усманов рассчитался по счёту и усадил меня обратно в машину.
– Что дальше? – не выдержала я.
От мысли, что Усманов меня "поужинал", а теперь везёт трахать, я готова была разрыдаться. Это было глупо, потому что секс между нами был неизбежен, но я чувствовала, что не готова. Не готова, и всё тут.
Да и вообще, разве можно к такому подготовиться?
– Поедем к тебе, – спокойно проговорил Гордей, как будто это само собой разумеющееся. – Не люблю гостиницы. У меня нельзя, сама понимаешь.
Какой же он наглый всё-таки. Но кого это волнует, кроме меня?
– У меня тоже нельзя, – попыталась возразить я, впервые в жизни жалея, что живу одна. – У меня... Не прибрано.
– Ой, да брось! Мне очень понравилось у тебя в гостях. К тому же... – Он не успел договорить, потому что у него зазвонил телефон. Он посмотрел на экран, и его лицо изменилось. Сразу. – Да, мам, – ответил он. Его брови сдвинулись, челюсть напряглась. – Да, понял. Я сейчас приеду
Он убрал телефон, выдохнул. В его глазах промелькнула редкая тень. Не раздражения, а чего-то похожего на растерянность, которую он тут же подавил.
– Стёпа заболел. Температура.
Я с облегчением вздохнула, как будто бог услышал мои молитвы, но тут же забеспокоилась за мальчика.