Он развернулся и пошёл к двери. Потом вдруг остановился, заставив моё сердце снова провалиться в бездну.
– Даже не пытайся сбежать, Катя. Хотя мне нравятся наши кошки-мышки, нравится, когда меня заставляют искать. Особенно когда я знаю, где искать. И что найду. До вечера, сладкая!
Дверь за ним закрылась, и я соскользнула по доске на пол, не в силах устоять на ногах. Колени подогнулись. Ладони вжались в холодный пол. Между ног пылало, пульсировало, и стыдное, предательское тепло растекалось дальше по бёдрам, смешиваясь с ожогами от его прикосновения.
Я дрожала, но не от холода. От шока. От унижения. И возбуждения...
Усманов не оставил мне выбора. Никакого.
Глава 9. Катя
Я надеялась, что он не приедет.
Глупо, по-детски, но я ловила каждый звук во дворе и уговаривала себя: может, передумал. Может, занят. Может, остыл. Я сидела на краю кровати в самой скромной позе, скрестив колени так туго, что мышцы ног горели, и прислушивалась. Тишина. Тишина. И вот, глухой рокот двигателя, который я уже научилась узнавать среди других, даже с пятого этажа.
Он не остыл.
Я оделась нарочито просто. Платье без выреза, из плотного материала, туфли на плоской подошве, волосы собрала в тугой пучок. Хотела выглядеть так, чтобы не давать поводов, ни ему, ни себе. Чтобы разговор остался разговором. Но тело, это предательское тело, уже готовилось к встрече лёгкой дрожью в коленях, учащённым пульсом, налитой, чувствительной тяжестью в груди.
Когда он помог мне сесть в машину, его ладонь задержалась на моей руке на секунду дольше, чем требовалось вежливостью. Его пальцы, тёплые и сильные, обхватили моё запястье, не сжимая, но и не отпуская. Я почувствовала, как по внутренней стороне бедра пробежал горячий мурашек, и резко отдёрнула руку.
– Не поздновато ли для занятий? – спросила я, когда он сел за руль. – У Стёпы вообще есть распорядок дня? Режим?
– Глупенькая, ты правда думала, что мне нужен репетитор? – усмехнулся Гордей. – Есть более интересные варианты времяпровождения. Поужинаем в ресторане, пообщаемся, узнаем друг друга получше. Люблю, когда всё красиво.
– Я не одета для ресторана, – запротестовала я, сглатывая комок в горле.
Он окинул меня взглядом. Медленно, без спешки, словно изучая каждую складку ткани, каждый изгиб, скрытый под ней. Его глаза были тёмными и тяжёлыми. Взгляд скользнул по линии горла, по груди, по коленям, будто он видел больше, чем было на поверхности. В салоне стало душно.
– Ты выглядишь прекрасно, – наконец сказал он, заведя двигатель. – Иногда даже слишком. Сними трусики, они явно лишние. Без них будет лучше.