Я знал, что мне не понравится, потому что не сосчитаешь сколько раз оказывался я в машине с мамой холодным зимним днем, и она курила, а все окна закрыты, потому что снаружи дубак, и я смерть как мечтал высунуть голову за свежим воздухом. Или и того хуже – когда папаша дружка моего Джимми вез нас домой из школы, а дождь лил стеной. Отец Джимми – не из тех, кто занимается с сыном чем бы то ни было, и не из тех, кто возит Джимми и друзей его куда бы то ни было, но, видимо, в тот день сделал исключение, поскольку погода будь здоров какая паршивая. Из тех грозовых ливней, когда ветер такой сильный, что просто знаешь наверняка: нескольких кленов не досчитаешься, а назавтра будешь кататься по округе и смотреть, где именно те деревья повалило, и надеяться, что какое-нибудь рухнуло на чей-нибудь дом или на машину. Короче, отец Джимми курит, как паровоз, и бычки тушит о торпеду в машине, и от сигаретных ожогов весь пластик поплавился. А затем, вместо того чтобы положить бычок в пепельницу, он просто бросает его на торпеду, а там уже и так сотни окурков. Думаю, вы представляете, что́ мой папа сказал бы, если б такое увидел.

Из-за всех этих старых окурков на приборной панели у отца Джимми в машине воняло хуже не бывает, даже летом с открытыми окнами. А теперь представьте себе этот духан в дождливый день, когда окна не откроешь, и добавьте к этому, что отец Джимми курит одну от другой, и получите самую густую табачную вонищу из всех, какие в жизни своей вдыхали. Чтобы было понятно, насколько дело плохо: в тот день на мне была моя зимняя шапка «Гигантов»[18] , и с тех пор запах из нее так и не выветрился. Она воняла той поездкой всю зиму, даже после того как мама постирала ее больше пяти раз.

Я все это рассказываю потому, что, казалось бы, после такой поездки и после того, как запах бычков папаши Джимми, наверное, до сих пор у меня на шапке, я б ни за что не стал пробовать курить. Но я попробовал.

И вот закуриваю я свою первую сигарету и принимаю все позы крутого пацана, какие видел у брата. Держу сигарету так, как держат крутые парни на углу, закрывая в ладони. Пытаюсь свесить изо рта, как у Кита Ричардза[19] , но дым через пару секунд выедает мне глаза. Потом изображаю, будто ору на какого-то типа и тычу в этого воображаемого чувака сигаретой, зажатой между большим и указательным пальцем. Наконец, наигравшись, сделал несколько затяжек. Отвратительно, потому что, если еще не пробовал курить, следует знать, что это ужасно дерет горло. В конце концов затушил я окурок о камень и щелчком отправил его с обрыва вниз. Щелчок у меня вышел, признаюсь, клевый, прямо как у того крутого парня в фильме «Уйти в отрыв»[20] , когда он со злости швыряет сигарету со скал в водохранилище, после того как богатенький студент обставил его в заплыве. После своего броска со скал я отправляюсь обратно к кемпингу.