Я улыбнулась:
— Звучит как идеальный план.
Он чуть наклонил голову, будто взвешивал слова:
— Крис… я знаю, что ты не любишь лишних слов. Но… спасибо. За то, что ты слышишь не только сеть. Ты слышишь и нас.
В его голосе было что‑то такое, от чего внутри становилось теплее. Не романтика громких признаний, а тихое, надёжное чувство, что рядом есть тот, кто тебя понимает.
На следующий день мы начали ставить ловушки.
Трейси нашла в логах старой команды схему «призрачного маршрута»: система могла транслировать сигнал, будто корабль движется по определённому курсу, а на самом деле он оставался на месте. Мы настроили это на случай, если Родригез выйдет на след.
Ален и Стив установили дополнительные турели и связали их с датчиками движения. Теперь, если кто‑то попытается подойти к кораблю без кода, корабль ответит огнём.
Я работала с сетью: оставляла ложные следы, прятала наш настоящий сигнал в шуме других станций, создавала иллюзию, что мы ушли дальше, чем на самом деле. Это было как плести невидимую паутину: каждый узел должен быть на своём месте, каждый сигнал — в нужный момент.
Кайл синхронизировал всё это в единую систему. Он писал алгоритмы, которые реагировали на угрозы быстрее, чем человек мог среагировать, и при этом оставляли мне пространство для интуиции.
— Смотри, — сказал он однажды, показывая мне схему на экране. — Если мы поставим вот здесь ложный узел, а здесь — реальную ловушку, Родригез пойдёт на приманку, а мы ударим сбоку.
Я прищурилась, вглядываясь в линии:
— А если он поймёт, что это ловушка?
Кайл чуть улыбнулся:
— Тогда мы сделаем так, чтобы он думал, что это не ловушка. Мы обманем его дважды.
Я рассмеялась:
— Ты становишься опасным.
— Стараюсь соответствовать команде, — спокойно ответил он, но в его глазах мелькнуло что‑то тёплое.
К вечеру мы собрались в кают‑компании. Робин принесла горячий чай, Ален — какие‑то консервы, которые оказались неожиданно вкусными, Трейси — планшет с обновлённой схемой обороны.
Мейсон посмотрел на всех по очереди:
— Мы сделали многое. Но главное — мы стали командой, которая знает, как драться. И как выживать.
Стив поднял кружку:
— За тех, кто был до нас. Пусть их жертва не будет напрасной.
Мы помолчали, думая о той команде из пяти человек, чьи следы мы нашли.
— Они не сдались, — тихо сказала я. — И мы не сдадимся.
Кайл кивнул, будто принимая это как часть своего пути.
— Статус системы: готовность — 87 %, — произнёс он, но тут же добавил уже не протоколом, а по‑человечески: — Но я думаю, что мы готовы на все сто.
Робин усмехнулась:
— Вот это мне нравится больше.