— Держи курс! — рявкнул Кайл, вцепляясь в поручень и одновременно корректируя траекторию.
Стив вцепился в рычаги, выравнивая крен.
— Тяга падает! — выкрикнул он. — Двигатели не тянут!
Я снова прижала ладонь к металлу, закрывая глаза, и мысленно потянулась к тому ритму, который теперь чувствовала кожей.
«Мы не враги, — шептала я про себя, не словами, а намерением. — Мы идём через тебя. Позволь нам пройти».
И аномалия… ответила.
Не словами, не голосом, а изменением давления: спираль за иллюминатором чуть распрямилась, волна ушла в сторону, и корабль, будто вынырнув из водоворота, снова обрёл устойчивость.
— Получилось, — выдохнул Стив, глядя на стабилизировавшиеся показатели. — Ты… ты реально с ней разговариваешь.
— Не с ней, — тихо поправила я. — С тем, что её держит. С системой. И с Элианом.
Кайл посмотрел на меня, и в его взгляде было не удивление, а признание: он понял, что теперь именно я — тот самый якорь, который держит нас всех.
— Тогда продолжай, — спокойно сказал он. — Чувствуй. Говори с ней. А мы будем держать корабль.
И я слушала. Не ушами, а всем существом. И слышала, как где‑то далеко, на краю сети, пульсирует седьмой узел — слабо, неровно, будто задыхаясь. И слышала голос Элиана, ровный и спокойный, который не приказывал, а напоминал: «Не торопись. Держи такт. Ты почти там».
Мы шли сквозь аномалию, минута за минутой, волна за волной, и с каждым километром тьма за иллюминаторами становилась чуть менее плотной, а звёзды — чуть ярче.
Когда мы наконец вышли на чистую орбиту седьмого узла, перед нами раскинулась картина, от которой у всех перехватило дыхание.
Планета внизу выглядела так, будто её разорвали изнутри: над поверхностью висели рваные облака энергии, а в центре, там, где должна была стоять печать, клубилась тьма, сплетаясь в хаотичные узоры, которые не были похожи на язык системы — они были похожи на крик.
— Вот он, — тихо произнёс Кайл, глядя на экран. — Седьмой узел. И он рушится.
Стив медленно выдохнул, будто сбрасывая с плеч весь страх, всю неуверенность.
— Значит, пора, — твёрдо сказал он. — Мы здесь. И мы не позволим ему пасть.
Я смотрела на эту тьму и знала: ключ уже у меня. Образ спирали, раскрывающейся, как цветок. Слова: «Я помню». И голос, который не лжёт.
— Готовьтесь к спуску, — тихо сказала я. — Я знаю, что делать.
Глава 30
Спуск напоминал падение в чёрную воду: иллюминаторы затянуло рябью помех, приборы шипели, ловя лишь обрывки данных, а пространство вокруг будто гасило любой сигнал, словно планета сама не хотела, чтобы о ней знали.
— Системы навигации почти нет, — процедил Стив, вцепившись в штурвал. — Я держу курс по визуальным ориентирам и инерции. Если промахнёмся с точкой посадки…