Я открыла глаза и первое, что увидела, — не экраны и не панели, а лица. У Трейси на виске билась тонкая жилка, будто она всё ещё держала ритм в голове. Робин стояла очень прямо, будто боялась, что если расслабится хоть на миг, равновесие рассыплется. Стив сжимал и разжимал кулаки, как человек, которому непривычно не драться, а просто стоять и держать. Мейсон смотрел на графики, и в его взгляде было не торжество, а насторожённость: он ждал подвоха. А Кайл… он просто смотрел на меня. И в этом взгляде было главное: мы сделали это. Пока что.
— Не расслабляемся, — тихо, но твёрдо сказал Мейсон, не отрывая глаз от экрана. — Система не сдаётся просто так. Она проверяет, надолго ли нас хватит.
И будто в ответ на его слова один из резервных каналов связи коротко мигнул и ушёл в красный. Потом второй. Потом по внутренней сети проскочил импульс, который заставил все лампы в коридоре моргнуть.
Трейси выругалась сквозь зубы и тут же склонилась над терминалом:
— Это не сбой. Это проверка. Она ищет слабину. Пытается перегрузить второстепенные узлы, чтобы заставить нас перераспределить нагрузку. Если мы сейчас начнём паниковать и тянуть энергию на себя, баланс рухнет.
Мейсон кивнул:
— Значит, не паникуем. Трейси, держи контроль над каналами. Стив, проверь резервные линии питания. Робин, следи за температурой в отсеках — если где‑то начнёт расти, система пытается нас поджарить.
Кайл повернулся ко мне:
— Ты как?
Я хотела сказать «в порядке», но вместо этого честно ответила:
— Чувствую её. Не как врага. Как… давление. Как ветер, который толкает в спину. Если я остановлюсь, он собьёт меня с ног. Но пока я иду — он помогает двигаться.
Он чуть улыбнулся:
— Тогда идём. Только не одна.
Мы двинулись по коридору, и я старалась не терять это ощущение связи — не только с сетью, но и с командой. Это было странно: я не видела их, но чувствовала, как Трейси выравнивает потоки, как Робин сглаживает скачки, как Стив буквально своими руками держит провода, чтобы они не вспыхнули. Это была не магия. Это была работа. Тяжёлая, выматывающая, но наша.
В отсеке жизнеобеспечения температура уже поднималась. Панели гудели, будто хотели сорваться с креплений. Робин стояла у термостата, её пальцы летали по кнопкам, а лицо было спокойным — слишком спокойным, как у человека, который знает, что ошибка будет стоить дорого.
— Держи, — сказала я, подходя ближе. — Я могу немного снять нагрузку. Дай мне точку.
Она посмотрела на меня, будто хотела возразить, но потом просто кивнула и показала на главный датчик:
— Если ты снимешь хотя бы десять процентов перегрева, у меня будет время перенастроить контур.