– Сколько у вас с собой БК? – спросил нас старшина взвода.
– По четыре магазина и по две гранаты, – показал я ему все, что у нас было.
– Мало!
– А сколько можно?
– Да сколько унесешь, – с каменным лицом ответил он. – Всем довооружиться! Вы же не мясо какое-то, которое без всего на штурм пойдет! – уверенно повысил он голос. – Вы – бойцы самого лучшего ЧВК в мире!
Мы все взяли еще по несколько полных магазинов, засыпали по полцинка патронов рассыпухой в рюкзаки и сверху запихнули туда еще по восемь гранат. Помимо этого, у меня был РПГ и три морковки к нему. Я оглянулся на Линара, который распихивал БК по разгрузке, не зная, куда пристроить последний магазин.
– Вторым номером будешь у меня?
– Да, – тут же кивнул он.
– Вот и отлично!
Все было непонятно, мы ждали и хотели, чтобы этот этап нашей жизни закончился, и мы бы оказались на передке, где надеялись ощутить привычную стабильность. За семь лет в зоне мы вошли в режим мира с понятными и привычными ориентирами. В учебном лагере тоже было все более-менее понятно. А вот в процессе перемещения с одной точки на другую мир становился хрупким и нестабильным. Хотелось быстрее попасть туда, где вновь все будет понятно.
Нас посадили сверху брони на бэхи и повезли дальше. Держаться там было не за что, и на одной из кочек я подпрыгнул и слетел с брони в грязь. Пацаны забарабанили по крыше механику и остановили колонну. Я быстро втиснулся внутрь, и мы покатили дальше. Сидя там, зажатый между дверью и ящиками с БК, я чувствовал себя как космонавт после старта ракеты, которая уносила меня все дальше от прошлой жизни и привычного мне мира. «Прошел всего месяц, а как будто целая вечность!» – подумал я и непроизвольно стал вспоминать, как оказался здесь.
Отсидел я на тот момент почти семь лет. До окончания срока мне оставалось сидеть всего два с половиной месяца, когда среди заключенных стали ходить слухи, что в нашу область прилетел Пригожин и набирает зеков к себе в «Вагнер». Новость была интересна тем, что я мог не просто пойти воевать, а полностью очистить свое имя. По каналам связи, которые существуют в мире зон и тюрем, мы уже знали, что идет набор, и в основном набирают тех, у кого были тяжелые статьи: 105-я, 111-я, 162-я. Ставка была сделана на убийц, грабителей, разбойников, как на людей отчаянных и агрессивных, способных на решительные и смелые поступки.
Записаться я решил еще до того, как к нам приехали. Многие пытались меня отговорить, но свое решение я менять не стал. Как только к нам приехали представители компании, я тут же записался и прошел отбор.