— Что, плавание не задалось? — хмыкнул Макс.
— Да только разогрелась, так его вызвали куда-то.
— А вот рубашку такую ты сшить сможешь? — спросил Макс Аню и показал на картинку в журнале.
— У вас что, занятие по кройке и шитью? — съязвила Ксюша.
Аня покраснела. Макс, словно барин, развалился на стуле и продолжал листать журнал по шитью.
— Мы тебе не мешаем? — заводилась Ксюша.
— Нет, что вы, сидите, — парировал Макс с лёгкой усмешкой.
Ксюша, вспыхнув, как спичка, удалилась на кухню греть ужин, прихватив с собой гремящую кастрюлю.
— Макс, — прошептала Аня, не зная, как намекнуть на уход.
— А такое платье можешь сшить? — спросил Макс, указывая на платье её мечты. Как он догадался, что именно это платье она мечтает сшить? Ах да, она сделала на нём свои пометки — обвела контур, подчеркнула детали, рядом приписала пару заметок о том, как лучше раскроить ткань.
Когда Макс поднял взгляд на Анну, мир вокруг замер. В его глазах плескалась нежность и одновременно пронзительная острота, будто он видел её насквозь, до самого дна души. Это был взгляд, который обезоруживал и завораживал одновременно: в нём читалось и восхищение, и какое-то новое, ещё не осознанное понимание.
Анна, словно бабочка, попавшая в сети, затрепетала под этим пристальным взором. Смущение волной накрыло её, заставляя кровь прилить к щекам. Она чувствовала себя обнажённой перед этой всевидящей силой его взгляда, словно он прочитал все её сокровенные мысли и желания — и не осудил, а принял их. В этот момент время перестало существовать, оставив лишь двоих людей, связанных невидимой нитью притяжения. Между ними словно пробежала искра — тихая, но яркая, обещающая что-то новое.
В комнату вернулась рассерженная Ксюша с рассерженной кастрюлей, в которой что-то рассерженно булькало внутри.
Бу!
Увидев сердитую Ксюшу, Макс хохотнул и сказал, что ему пора идти.
Он театрально поклонился девушкам и вышел.
Аня всё ещё пребывала в прострации. Ксюша бурчала:
— Какой нахал! Сидел и не хотел уходить. Может, он вообще переедет жить к нам в комнату? Паразит какой! А ты что застыла? А ну-ка, иди ешь суп! И даже не вздумай о нём думать!
Аня вздохнула и послушно взяла ложку.
— Завтра же доклады сдавать… Ну капец. Ань, проверь мой, а? А я посуду, так и быть, помою. — запричитала Ксюша после ужина.
Она сунула сестре папку с докладом, схватила тарелки и вышла мыть их на кухню — в ту самую, что делили все девочки первого курса.
На кухне было подозрительно пусто. «Куда все делись? — подумала Ксюша. — Готовятся к докладу?»
Она начала весело напевать песенку про берёзу, пританцовывая у раковины и размахивая губкой, как дирижёрской палочкой: