Его объятия были тёплыми и надёжными. Ксюша постепенно перестала дёргаться. Саня осторожно взял её руки в свои. Вода лить перестала.
— Сань, что это было? — её голос дрожал от волнения.
Теперь волшебницы
К пруду примчался запыхавшийся Макс. Он заметил Аню у кромки воды — она всё ещё смотрела на рябь, будто ждала, что лёд вернётся, и никак не могла оторвать взгляд. Её плечи мелко вздрагивали, пальцы были ледяными, даже сквозь тонкую ткань рукава он почувствовал этот холод.
— Аня! — Макс шагнул к ней, голос его звучал негромко, чтобы не спугнуть, как будто перед ним стояла не студентка академии, а раненая птица. — Что случилось?
Она медленно подняла на него глаза, и в этом взгляде было столько растерянности, что у Макса внутри всё сжалось.
— Я… я заморозила воду, — прошептала она, указывая на поверхность пруда дрожащей рукой. — Смотри!
Макс не стал спорить, не стал говорить «тебе показалось». Он просто кивнул, будто это самое обычное дело на свете — заморозить пруд посреди лета.
— Вижу, — спокойно сказал он, делая ещё один осторожный шаг ближе. — И знаешь, это, наверное, самое крутое, что случалось с этим прудом за последние сто лет.
Аня слабо улыбнулась, но улыбка тут же дрогнула и исчезла.
— Но как… как это возможно? — в её голосе звенела паника, готовая вот-вот прорваться слезами. — Я ничего не делала, я просто хотела смыть этот день, а потом… лёд. Он был такой настоящий.
Макс больше не колебался. Он мягко, но уверенно притянул её к себе, обнимая так, чтобы она почувствовала: он здесь, он не исчезнет, и мир не рухнет прямо сейчас. Аня уткнулась ему в плечо, и Макс почувствовал, как её тело, до этого напряжённое, как струна, начало понемногу расслабляться.
— Всё нормально, — тихо шептал он ей куда-то в волосы, слегка покачивая, будто убаюкивая. — Ты не сделала ничего плохого. Ты просто… проснулась. Понимаешь? Твоя магия проснулась. И я здесь. Я с тобой.
В этот момент из темноты, от места вечеринки, раздался крик Феникса:
— Стой! — голос его эхом прокатился по поляне. — Первокурсникам, у которых не проявилась способности, нельзя говорить про магию!
Но следом, спокойно и уверенно, прозвучал голос Сани:
— Всё нормально, Феникс, — Саня шёл следом за Ксюшей, чуть позади, готовый в любой момент её подхватить, если она снова сорвётся. — Мне Макс написал. У Ани тоже проснулись способности.
И тут, словно прорвав невидимую плотину, из темноты вылетела Ксюша. Мокрая, прилипшие к лицу пряди волос, щёки пылают, глаза — дикие, блестящие, полные адреналина и восторга. Она неслась, как ураган, и этот ураган нёсся прямо к ним.