Она остановилась у кафедры и посмотрела на всех:
— Но сегодня я хочу сказать не только о долге. Я хочу поздравить вас. Всех. Вы прошли через страх, через сомнения, через первые неудачи — и выстояли. Вы — мой самый особенный курс за последние годы. Горжусь вами, мои хорошие.
Ксюша подскочила с места и, не выдержав, закричала:
— Мы — волшебники! — и засмеялась, и этот смех был таким искренним, что Даша и Глаша невольно улыбнулись, а Валя захлопала в ладоши.
— Волшебники, — тихо повторила Аня, и впервые за долгое время в её голосе не было боли. Только тихое удивление, почти благодарность.
Актовый зал наполнился шумом, смехом, перекличкой — тем самым живым шумом, который бывает только когда люди наконец перестают бояться быть собой.
Елена Владимировна стояла у стены и смотрела на свой класс. В её глазах блестели слёзы — но она не стеснялась их. Она просто улыбалась и думала о том, что этим ребятам ещё многое предстоит узнать. О себе, о мире, о тех тенях, что прячутся за стенами академии. Но сегодня — сегодня они заслужили радость. И она была рядом, чтобы разделить её с ними.
Истории одногруппников
Шум в актовом зале постепенно стих. Елена Владимировна подняла руку, призывая к тишине, и студенты послушно замолчали — в их глазах ещё горели искорки недавнего восторга, но любопытство уже взяло верх.
— А теперь, — сказала классная, усаживаясь на край кафедры и скрещивая руки на груди, — я хочу, чтобы каждый из вас рассказал, как это случилось. Как проснулась ваша магия.
— Прямо сейчас? — удивился Дима.
— Прямо сейчас. Честно, без прикрас. Мне важно знать, как вы пережили этот момент. И поверьте, — она улыбнулась, — у каждого из вас будет что рассказать.
Ксюша нетерпеливо заёрзала на скамье, но первым поднялся Илья.
— Ну, я, наверное, начну, чтобы разрядить обстановку, — сказал он, засовывая руки в карманы. — Всё случилось несколько дней назад. Я сидел в своей комнате и пытался повторить один из опытов Круглова — ну, с огнём, с солями… Хотел проверить, какой цвет даёт моя смесь.
Он смущённо усмехнулся и почесал затылок:
— А потом… не знаю, как это объяснить. Я просто взмахнул рукой, чтобы смахнуть крошки, и вдруг — штора загорелась. Не от свечи, не от спички. Я сам её поджёг.
— И что было дальше? — подала голос Валя, заворожённо глядя на него.
— Дальше? — Илья засмеялся, но в смехе его слышалась нервозность, будто он до сих пор переживал тот момент. — Я испугался так, что чуть не поседел. Побежал к шторе, хотел сбить пламя, а из моих рук начали вылетать огненные шары. Маленькие такие, размером с теннисный мячик. Они разлетались по комнате, как взбесившиеся светлячки. Я носился, как угорелый, пытался их поймать, а они всё падали на пол, на кровать…