Алиса кладет снимок на журнальный столик рамкой вниз.
– А что, если это всего лишь бегство? – вздыхает она.
– Бегство?
– Ну да. Бегство от реальности.
– В таком случае мне не нужна никакая реальность.
– Ох, не говори так, мама, уж больно печально это звучит.
Такси останавливается вплотную к тротуару. Элин садится в него вместе с Алисой. Дочь едва волочит ноги в своих открытых сандалиях и устало протестует:
– Ну почему мы не можем заказать еду прямо домой? На диване было так уютно.
– Как называется то местечко перед Слипи Холлоу? Похоже на крестьянское подворье, помнишь?
– «Стоун Барнз»? А почему ты спрашиваешь? – Алиса наморщивает лоб.
– К Слипи Холлоу, пожалуйста, – велит Элин шоферу.
Тот трогается с места и лихо выруливает на дорогу прямо перед грузовиком. Тот истерично сигналит.
– Да брось, мам, у меня нет на это времени, какая разница, где обедать. А у меня вечером занятия. И еще я хочу от-дохнуть. – Алиса наклоняется к водителю: – Будьте добры, остановитесь на перекрестке Бродвея и Брума, я поеду домой на метро.
Она качает головой и надувает щеки. Ее душит смех.
– «Стоун Барнз»… Ну ты даешь, мам. Тебе же не нравится деревня, и животных ты не любишь. А «Стоун Барнз» – самый настоящий крестьянский двор. Что мы там будем делать?
– Там вкусно готовят. Мы были там однажды, когда ты была совсем ребенком. Тебе там понравилось. Ну, пожалуйста, поехали туда. – Элин умоляюще смотрит на нее, склонив голову набок.
– Но ведь я больше не ребенок. Да и ты стала теперь какая-то странная. И вообще, что было, то было. Какой смысл возвращаться к тому, что давно прошло?
– Ну, тогда мы могли бы заняться чем-нибудь другим, например погулять или сходить на выставку.
– Мама! Опять ты за свое. – Алиса громко вздыхает.
– А что тогда?
Дочь задирает ногу вверх, едва не задев ее лица. Элин морщит нос при виде засохших ранок.
– Ты что, забыла? Я не могу ходить. Знаешь, ты совершенно не умеешь слушать!
Она опускает ногу. Таксист съезжает на обочину и останавливается. Алиса выбирается на тротуар. Элин наклоняется к ней через сиденье.
– Прости! Вернись, мы поедим где-нибудь еще, – кричит она, но Алиса уже далеко; Элин провожает дочь взглядом.
– Мэм?
Шофер такси поворачивается к ней, вопросительно подняв одну бровь. Она колеблется. Алиса исчезает в текущей по тротуару толпе – нескончаемый поток чьих-то мыслей, стремлений, надежд.
Наконец терпение у таксиста лопается, и он жмет на клаксон. От неожиданности Элин подпрыгивает.
– «Стоун Барнз». Это прямо перед Слипи Холлоу. Езжайте туда.
– Это далеко. И дорого.
– Езжайте!