Образное высказывание, но борьба за власть такова и есть. Грязное это дело, смертью и большой кровью отдает. Так что если не хочешь быть убитым — уничтожь врага прежде, чем он сможет не только это сделать, но даже подумать. Для этого провокации нужны, подстрекательство — выявить круг тех, кто потенциально опасен, и о тех, кто по каким-то причинам не донес на того, кто «нехорошее» задумал. Такие тоже опасны — сегодня не сообщил, а есть гарантии, что завтра сам что-нибудь не учудит⁈
Здесь о таких делах много знали — но опыт 21-го века давал многое — детективы и шпионскую литературу с детства читали и фильмы смотрели. Да и повоевать пришлось изрядно — так что «новшества» он принес в это дело немалые. А еще Иван знал, что спецслужба не должна быть одна — тогда информацией можно манипулировать. Потому под контролем боярской Думы остался Разбойный Приказ, а князь Одоевский ведал Дворцовым Приказом, где тоже имелись подобные службы из подьячих и ярыжек. А, кроме того, своя «контрразведка» имелась и у патриарха, и даже армия, пусть маленькая. Целый полк «владычных стрельцов», что несли охрану монастырских тюрем и выполняли полицейские функции — такое государство в государстве. Да и бояре друг за другом ревниво наблюдали, и чуть-что не так пошло — без раздумий доносили, «стучали», попросту говоря, как дятлы, выслуживаясь ревностно, и преданность свою выказывая.
В общем, даже телевизор смотреть не нужно, скучать по нему не приходится — каждый день новую серию жизнь показывает!
— На подходах встречать надобно, не допускать до Кремля. Понятно, почему Иван Грозный головы рубил, из Первопрестольной в Александровскую слободу переехал и опричнину организовал. Петр Первый на дух московских бояр не переносил, и предпочел новую столицу основать. Пора и мне в Дмитров сваливать, там спокойно и отдохнуть можно. И не отравят как здесь, а то даже свечи проверять приходится. Мало ли что в воск напихать могут, уже устал всего опасаться…
Глава 70
Как хорошо вырваться из Москвы, у Ивана возникло стойкое ощущение, будто из затхлого подвала на свежий воздух выбрался. Вернувшись в Дмитров он снова почувствовал себя в безопасности, да и Ксении стало намного лучше. К тому же царские обязанности порядком утомляли, он и не думал, что будет жить под столь жесткой «прессовкой». Еще бы — на заутреню вставай не свет ни заря и трать пару часов на службу в церкви, отмаливай грехи православных подданных — нашли святого.
А там завтрак и начинается рабочий день — принимай бояр, а то и хуже — сиди с ними на заседании, хорошо хоть ссориться меж собой перестали за места — рассадили всех по порядку. Решили все дела — можно и пообедать, все чинно и благородно, как сказано в одном кинофильме — сплошная тягомотина. Хорошо, что короткий зимний день исключает полуденный сон, общепринятый летом, но и тут деваться некуда — раз «светоч православия», то шагай в церковь. И не объяснишь, что дел уйма, времени не хватает, чтобы все службы подобно ревностному монаху стоять. А потом еще и вечерня — тут опять со всеми стоять и молитвы читать согласно обычаю — цари должны быть ревнителями православия, и все должны это видеть.