— Что делать будем, брате? Ваньке Старицкому покоримся⁈ Али его отправим вслед за Лжедмитрием?
Дмитрий тяжело вздохнул, вспоминая те далекие дни. Не ожидали они, что заняв, наконец, престол, их власть окажется настолько шаткой. Взобраться то взобрались, зато свались быстро, скатились вниз, как по ледяной горке — хорошо, что насмерть не разбились. Наоборот, удельными князьями стали, а Василий государем Шуйским, не князем уже только.
— На месте Ивана Владимировича, брат, я бы нам головы отсек немедленно, ибо знал бы заранее, какие разговоры мы в Шуе поведем меж собою. Вот только одно скажу — он ведьзнает, что мы потомства не оставим. Понимаешь — знает, и сам знаешь, за какой грех наказаны!
Братья засопели — хотя бы одного наследника на троих у них не было, тут впору не о царстве думать, а кому удел свой передать. И князь Мстиславский без потомства и старый Симеон Бекбулатович — впору задуматься, за что всех бог наказал. А ведь у каждого прегрешений много, их замаливать нужно, а не за власть бесплодно бороться.
— Отравить его можно, — тихо промолвил Василий, боязливо посмотрел на плотно закрытую дверь, — вот только не пустят нас с тобой к трону, стеной встанут. Хотя… У супруги твоей «зелья» остались?
— Всякие имеются, — хищно усмехнулся Дмитрий, и взгляд у него стал недобрым. Он наклонил голову, ожидая решения брата.
— Пока травить нельзя, надобно среди бояр сторонников наших собрать — недовольных Иоанном будет много. И успеть нужно до венчания на царство или сразу после него. Племянника и князя Митрия Пожарского улестить надобно, на нашу сторону перетянуть — тогда на войско опереться сможем. Но сей замысел исполнить трудно — стережется Старицкий, как говорят верные людишки, всех служек сменил. И учти брат — Годуновы плодовиты, и что делать, если Ксения уже от него дите понесла⁈
— Отравим, есть бабки, что поднесут белила и румяна, а человечка я к ним отправлю. Яд долго действует, помрет царица не сразу, и дите может скинуть. А человечка того утопим сразу, кхе-кхе, чтобы на нас не подумали, али кого другого очерним, ведь не в первый раз…
— Ты учти — обмишулимся, последний раз станет — тут всех на плаху отправят, и не головы отсекут, четвертуют!
— Бог не выдаст, свинья не съест, — пожал плечами брат. — Ты лучше на женой трудись, брат — нам наследник нужен! А Старицких всех убить надобно, и власть от них принять…
Кадр из замечательного советского кинофильма «Иван Васильевич меняет профессию». Съемки шли в Ростовском Кремле, пережившем Смуту…
Глава 67
— Государь, а ведь вкусно — я о том и не думал.