— Боярин Никита за два дня расшевелил городок, — усмехнулся Иван, вспомнив, как их торжественно встретили у настежь открытых ворот празднично одетые священники, жители, стрельцы, сбежавшиеся с окрестных сел смерды. Вместе со всеми открыто проявляли восторг поместное дворянство — все прекрасно помнили, когда они потеряли свое положение, когда процветающий центр удельного княжества превратился в захолустный московский городок, ставший захудалым в одночасье.
Видя такую неприкрытую радость, Иван решил рискнуть. Громогласно поведал собравшимся людям об обидах, что чинили не только над жителями, но и над ним самим — все заплакали, услышав про убийство их удельного князя со всеми чадами и домочадцами, и о том как из пищалей расстреляли малых деток без всякой жалости. И о казнях лучших дмитровских бояр и дворян поведал — везде раздавались громкие голоса, многие потеряли близких в этих бессудных казнях. Видя такую реакцию, Князев возбудился, и перестал стесняться в словах, обрушив на умы массу информации о жестокостях покойного царя Иоанна, разорениях времен опричнины, воровстве и тяготах народных. И зерна легли в подготовленную почву, что дало тут же буйные всходы — сам не ожидал, что доведет народ до исступления…
— Окольничий Никита Дмитриевич, вот какое дело.
От такого обращения Вельяминов побагровел — столь быстрого продвижения он не ожидал, но пришлось его немного огорошить, сделав многозначительную паузу, и тут же полностью прояснив ситуацию.
— Я не царь, чтобы дать тебе этот чин, но как удельный князь Старицкий имею полное право дать его всвоей Боярской Думе, в которой ты займешь достойное тебя почетное место. Но нам с тобой нужно многое сделать, чтобы зря времени не потерять, что будет гибельно.
— Да,государь , будет лучше, если мы поторопимся, — Вельяминов низко поклонился, демонстративно. Да и обращение было символичное — государем назвал, по сути «милостью божьей», выделив специально удельного князя, как самостоятельного правителя, полностью независимого от «боярского царя» Василия Шуйского. Многозначительное именование, отнюдь не оговорка случайная, а выверенное решение.
— Грамоты отправлены в мои города, что я беру над ними власть, согласно праву моего отца над ними⁈
— Да, государь — князь Юрий Катырев-Ростовский отправился с отрядом в Звенигород, Боровск и Верею. С ним сотня детей боярских и ратников, а вот власть самозванца там непрочна. В Старицу отправлен боярин Андрей Салтыков с грамотами, лишь Алексин далеко. А в Стародубе Ряполовском, что на Клязьме, хотя и отправил гонца, но власть будет непрочна. Там князь Дмитрий Михайлович Пожарский полк собирает, чтобы на Москву идти. Земля его родовая, родители схоронены. Ведь их земли, вашему родителю князю Владимиру Андреевичу токмо царем Иоанном переданы, в земщину, в обмен за Верею, что отошла в опричнину.