Осенсей. Живой, здоровый, бодрый, хитро щурящийся и озорно улыбающийся…
Я сел в сейдза там, где стоял. То есть, медленно опустился на колени и опустил задницу на свои пятки, а руки бросил на бёдра.
Молча и глубоко вдохнул, медленно выдохнул. Раз, другой, третий, успокаивая сбившееся с ритма сердце… Хотя, стоп! У меня нет сердца!
Здесь у меня нет ни сердца, ни лёгких, ни иных органов. У меня и тела-то как такового нет! То, что сейчас уселось на колени, это моя эфирная проекция! Пусть и несколько… не совсем такая, к какой я успел привыкнуть, но это всё равно была она. А всё, что меня окружало, весь этот странный мир, больше всего напоминал Зеркальное Измерение. Тоже с отличиями, но вполне узнаваемое.
Я даже не удержался от проверки и поднял правую руку. Сформировал вокруг неё несколько простейших магических конструктов, грубых, топорных, но от того очень мощных. И, подчиняясь моей воле, часть мира, что была справа от меня, резко встала на дыбы, изогнувшись под прямым углом в паре метров от того места, где я сидел.
Я удовлетворённо хмыкнул — всё же Зеркальное Измерение.
— «Любая достаточно развитая технология не отличима от Магии» — третий закон Артура Кларка, — прозвучал мой голос в этом странном месте. Хотя? Прозвучал ли? Как эфирная проекция может звучать в Зеркальном Измерении?
Но не будем зацикливаться: в конце концов, тут и проекция не совсем проекция, не совсем эфирная, и измерение не совсем Зеркальное. То, что оно поддаётся манипуляции теми же инструментами и методами, как Зеркальное, ещё не означает тождественности с ним.
— Этот образ, — вернул я часть мира в нормальное положение и развеял магические конструкты, после чего повернулся к Разуму, — Это удар ниже пояса. А подобные приёмы меня злят.
— Я не собирался тебя злить, Виктор, — улыбнулся имитацией улыбки Морихея Разум. Повторить настоящую он не смог, пусть и получил этот образ. Чтобы повторить улыбку Морихея, надо быть Морихеем, а не пытаться казаться им, — В мою программу просто заложена такая визуализация. Этот образ формируется твоим собственным восприятием, а не моим желанием. Я ведь даже не знаю, кто это, чей облик я принял.
— Ложь, — спокойно ответил я.
— Ты мне не веришь? — удивлённо взметнулись седые брови моего собеседника.
— Нет, — подтвердил сказанное ранее я.
— Но почему? — изобразил изумление Разум, — Чем я заслужил недоверие?
— Попытки ракетного удара по моей планете недостаточно? — задал ответный вопрос я.
— Но ведь удар не состоялся.
— Только потому, что мой брат его остановил, — тут же отбросил его аргумент я.