И вот это чудо сходу врубилось в мой мозг. Это чувствовалось, словно бы те самые глаза вдруг начали увеличиваться в размерах, занимая весь мир. То есть весь мир переставал существовать, а оставались только эти глаза. Все мысли из головы выдуло мгновенно.
Остались только глаза и моя воля. Мой самоконтроль. И он трещал по всем швам. Та самая стальная дверь. Ведь рассчитана она была на удержание того, что внутри, а не на защиту от чужого вторжения. Образно говоря: «засов» был снаружи, а не внутри.
И этот телепат «засов» отодвинул.
«Дверь», которую он собирался с усилием открывать, распахнулась так, что чуть не улетела с петель. За ней был Зверь. Который и рванулся изо всех сил на свободу. В разум телепата.
Я выпал обратно в реальность и увидел кошмар: сошедший с ума телепат в окружении сотни супербойцов. И восьми магов.
Единственное, что я успел сделать, это схватить тело бессознательного Макса (как потом выяснилось, его вырубили инъекцией транквилизатора и готовили к транспортировке) и затолкать его в ту дыру, из которой сам только что вылез. Сам я туда до конца смог залезть только уже в процессе начавшегося ада.
В чем ад? Бешенство, то самое, с которым я эти века боролся, овладело телепатом. Для себя я это называю: «Зверь пожрал его разум». И через способности телепата, всеми остальными, кто был в сознании на дистанции действия этих способностей. И эти все остальные кинулись убивать друг друга. Все против всех.
Сила телепата действовала и на меня, но своего Зверя я знаю и держать в узде его могу. Просто замкнул те «ворота», что раньше держали его внутри и держал закрытыми. Надо сказать, что он не особенно-то и рвался. Добычи у него в этот раз было более, чем достаточно. А воли самого телепата, в ментальном посыле было чуть. Неприятно, но не опасно.
Почему-то вспомнился один фильм, что смотрел еще в «той» жизни. Назывался он «Кингсмен». Там была похожая сцена. С поправкой на возможности вампиров, оборотней, «суперсолдат» с бластерами и магов.
В общем, когда у меня снова отросли ноги, танка над нами уже не было. Только небольшой кусок днища с оплавленными краями.
Я выполз и вытащил тело безсознательного Макса. Телепат, что удивительно, был еще жив. Он катался по земле и рычал, пуская изо рта пену. Его сила продолжала ломиться в мой мозг. Но я не стал его трогать, только покачал головой, глядя на уродливое творение гения Шмидтов.
В десятке метров правее догорал самолет. Рядом со мной лежало тело бластерщика. Без головы. На поясе у него висели предметы, светящиеся синеватым светом, по виду своему напоминающие гранаты.