обратно Богу, самой красоте, красоте красота к лицу. И вот: ни волос, ни ресница, ни нить не пропали, гляди; Каждый волос на лбу сосчитал Тот, кто все это бережно, вечно хранит. Нет, то, что с легким сердцем мы бросили на мертвый гранит, Пробудится, и взойдет, и уйдет с ветрами, пока мы спали во мгле, Там и тут разбрасывая тяжелоголовые колосья на земле, Пока мы, пока мы дремали, как тот, кто убит. О, зачем же тогда мы плетемся? О, почему так знобит, Почему измучено сердце, скручено горем, издергано, почему путь нам закрыт, — Если то, что мы отдали сами, не сберегли, Под нежнейшей заботой хранится – нежней, чем мы бы хранить могли, — Под лучшей заботой хранится (а мы бы все растеряли), в месте, что ждет впереди. Где хранится? Скажите, где ждет оно нас (попробуй найди)? – Вон там. – Что, так высоко? Мы идем, мы идем по следам. – Там, да, вон там, вон там, Там. Псалом жизни [201] Генри Уодсворт Лонгфелло Не тверди в строфах унылых: «Жизнь есть сон пустой!» В ком спит Дух живой, тот духом умер: В жизни высший смысл сокрыт. Жизнь не грезы. Жизнь есть подвиг! И умрет не дух, а плоть. «Прах еси и в прах вернешься», — Не о духе рек Господь. Не печаль и не блаженство Жизни цель: она зовет Нас к труду, в котором бодро Мы должны идти вперед. Путь далек, а время мчится, — Не теряй в нем ничего. Помни, что биенье сердца — Погребальный марш его. На житейском бранном поле, На биваке жизни будь — Не рабом будь, а героем, Закалившим в битвах грудь. Не оплакивай Былого, О Грядущем не мечтай, Действуй только в Настоящем И ему лишь доверяй! Жизнь великих призывает Нас к великому идти, Чтоб в песках времен остался След и нашего пути, — След, что выведет, быть может, На дорогу и других — Заблудившихся, усталых — И пробудит совесть в них. Встань же смело на работу, Отдавай все силы ей И учись в труде упорном Ждать прихода лучших дней! О, если б этот плотный сгусток мяса… («Гамлет») [202] Уильям Шекспир О, если б этот плотный сгусток мяса Растаял, сгинул, изошел росой! Иль если бы предвечный не уставил Запрет самоубийству! Боже! Боже! Каким докучным, тусклым и ненужным Мне кажется все, что ни есть на свете! О, мерзость! Это буйный сад, плодящий Одно лишь семя; дикое и злое В нем властвует. До этого дойти! Два месяца, как умер! Меньше даже. Такой достойнейший король! Сравнить их Феб и сатир. Он мать мою так нежил, Что ветрам неба не дал бы коснуться Ее лица. О небо и земля! Мне ль вспоминать? Она к нему тянулась, Как если б голод только возрастал От насыщения. А через месяц — Не