Мать протянула ему деньги, а он осторожно взял ее за руку.
– Вы очень добрая леди. Невероятно щедрая. Но вам нужно приготовиться к болезни. Вы заболеете, но потом поправитесь, будете в полном здравии и проживете долгую, очень долгую жизнь.
– Ну и обрадовал, черт возьми! – буркнул отец.
Странник, не выпуская материной руки, взглянул на отца и улыбнулся:
– А вы, мистер, – очень одинокий человек, запертый в своей собственной тюрьме, и оттого несчастны. Если вы не найдете в себе веры, то ваша жизнь скоро закончится.
Затем его взгляд остановился на мне. А я-то думал, он меня вообще не замечает.
– А у тебя, юноша, змеиные глаза – они принесут немало хлопот, но однажды ты станешь очень знаменит повсюду, а скоро окажешься в большом замке.
– Да он, должно быть, пьян, – фыркнул отец. – Какой еще замок?
Мать снова метнула в него убийственный взгляд, но странник лишь улыбнулся на отцовскую реплику.
– Запомните мои слова, мистер. Они обязательно сбудутся. Вы сами в этом убедитесь. – Он отпустил мамину руку, почтительно поклонился нам и поднял ладонь. – Благословение вам из моего родного Пенджаба.
Он ушел, и мы больше никогда его не видели. Но я вспомнил о нем, когда мать слегла с тяжелым перитонитом и ее экстренно увезли в больницу Порт-Толбота. Она была на волосок от смерти, но ее чудом спас молодой хирург, доктор Сабир. Родом из Пенджаба.
Все события, предсказанные тем путником, сбылись. Даже замок.
Глава 6 Непробиваемая отрешенность
Мать вырезала квадратик из газетыWestern Mail и протянула мне:
– Почему бы тебе не попробовать?
Это было объявление о прослушивании на получение стипендии Принса Литтлера в Королевском валлийском колледже музыки и драмы в Кардиффе.
Я отправил заявку. Через неделю меня вызвали на прослушивание – в Кардиффский замок. Я ждал в главном холле. Минут через 10 меня провели в студию B, где я познакомился с мистером Реймондом Эдвардсом, директором колледжа. Ради «стипендии Принса Литтлера в размере £40 в год» я из кожи вон лез, заучивая монолог Отелло перед убийством Дездемоны: «Так надо, о моя душа, так надо…»[9]
У меня не было ни малейшей актерской техники – только хороший голос и драматическое чутье.
Когда я закончил, мистер Эдвардс улыбнулся и предложил мне присесть.
– Да. Очень хорошо. Очень хорошо. Вы любите Шекспира?
– Да, но я мало что в нем понимаю. Могу прочитать «Быть или не быть: вот в чем вопрос».
– Хорошо, очень хорошо. Что ж, благодарю вас, Энтони. Мы вскоре дадим вам знать.
Он, похоже, был впечатлен. Через две недели мне пришло уведомление о том, что я вошел в шорт-лист из трех кандидатов и приглашен на собеседование с руководством колледжа, которое состоится 30 июля в 11 утра в ратуше Кардиффа.