Провал неизбежен – но и успех тоже. Смерть неизбежна – но и жизнь тоже.
Мне вспомнилась одна байка про Чехова. Как-то утром он ехал в экипаже к другу, чтобы вместе позавтракать, и заметил у ближайшего кладбища похоронную процессию. Попросил извозчика остановиться. Смотрел, как гроб опускают в свежую могилу, слушал молитвы скорбящих. Размышлял о смысле всего сущего, о великих неразрешимых вопросах. А потом, заглянув в лицо непостижимой тайне мироздания, просто махнул кучеру – поехали дальше. И следующее, о чем он подумал, – какой восхитительный кофе ждет его за завтраком.
Глава 11 Ты – звезда спектакля
Репетиции «Майора Барбары» прошли как по маслу, и спектакль имел оглушительный успех. Как-то раз, на второй неделе проката из трех, вся труппа находилась на сцене, а я сидел в гримерке и ждал своего выхода. Дверь была приоткрыта. Заведующий постановочной частью Тревор Бентам стоял неподалеку, в закутке с декорациями, и слушал радио. Вдруг он подошел к двери, заглянул внутрь и сообщил:
– Говорят, в президента Кеннеди стреляли. Полчаса назад. Только что передали.
Через театральные динамики за кулисами было слышно голоса актеров на сцене.
Я пробрался за кулисы. Тревор буквально прилип ухом к радиоприемнику.
Звук был тихим; едва различимые голоса американских дикторов тонули в треске помех. Я встал рядом с Тревором, одним ухом прислушиваясь к новостям из Далласа, а другим – к голосам актеров лестерского театра Phoenix.
Экстренное сообщение. CBS News. Некий Уолтер Кронкайт[46] объявил: «Президент Кеннеди скончался в час дня по центральному поясному времени, в два часа по восточному поясному времени, приблизительно 38 минут назад».
Вскоре после этого был мой выход. Никто из актеров на сцене еще ничего не знал. Зрители тоже. Это было жуткое и странное ощущение – стоять и смотреть, как другие играют как ни в чем не бывало, не ведая о случившейся катастрофе. Я был единственным в зале, кто знал эту новость.
После антракта половина зрителей не вернулась.
Два дня спустя, в воскресенье 24 ноября, убийцу Кеннеди Ли Харви Освальда застрелил человек по имени Джек Руби. Очередной шок. Это в голове не укладывалось. Новости тогда обрушивали на нас одно потрясение за другим. Годы спустя в Вашингтоне я побывал на могиле Джона Кеннеди; всего в нескольких шагах от нее покоился Роберт Кеннеди. Стояло холодное утро, и я отчетливо слышал шум улицы, гудки клаксонов, вой полицейской сирены – весь этот неумолчный хаос жизни рядом с абсолютным безмолвием мертвецов.
* * *
В театре Phoenix я проработал почти год. А в 1964-м написал великому Дэвиду Скейсу. Именно он когда-то, будучи художественным руководителем манчестерского Library Theatre, посоветовал мне поступить в лондонскую театральную школу. Теперь же он возглавлял Liverpool Playhouse.