Мадуры подготавливали войско для нападения?
В донесениях из других мест была информация об укушенных обоего пола. Люди метались в горячке, а после приходили в себя, но в бледных зомби с мутным взглядом никто не оборачивался. Значит, здесь, в окрестностях столицы, работала какая-то иная магия, отработанная и доведённая до совершенства.
До этого была простая разведка боем. Здесь же комары чётко отбирали боеспособных мужчин.
Но на неопределённость тварь напала. Натравил кто-то или тот неразборчивый комар был из старой партии?
— Хрейдмар, — рядом возник хмурый сотник, — следы опять ведут на Суммишиму. Да, как я погляжу, ты и сам уже это понял.
Я кивнул, не отрывая взгляда от заснеженных склонов священной горы, на которую медленно вползал сизый туман, пряча следы мадура.
— Не гора, а рассадник нечисти, — проворчал Хан, не особо ожидая ответа, — что в мире сломалось, что гора Богини стала угрозой?
Я резко развернулся на месте и пошёл к длинному сараю, в который свезли всех пострадавших. Хан безропотно последовал за мной.
— Где ург?
— Дык, на месте. Следит, чтобы окна капитально законопатили. Боится, что полезут все, как один, и на люд простой нападать начнут. Лютует ург.
— Сколько твоих людей сейчас свободно?
— Двадцать человек, хрейдмар. Остальные прочёсывают территорию.
— Хорошо, отбери десятерых. Скоро вы мне понадобитесь.
— Слушаюсь, хрейдмар.
Хан свернул в сторону, а я вошёл в сарай. Внутри витал странный сладковатый запах, раздражающий до невозможности. Между кроватями бесшумными тенями сновали серые. Светлых сюда не допустили. Спасибо нападению на неопределённость, теперь ясно, как их лечить. Иначе чистая магия служительниц светлой Богини, угробила бы всех людей, покусанных стеклянными тварями. Сейчас хотя бы есть надежда, что хоть кто-то из пострадавших выживет.
Я поискал взглядом урга. Он стоял недалеко от дверей, устало прислонившись к стене, и смотрел вперёд, отслеживая малейшее шевеление укушенных.
— Эдвард, — позвал я негромко.
Ург обернулся. В тусклом освещении тени под его глазами, отпечатки бессонных ночей, выглядели пугающе.
— Эрик, — он улыбнулся краешком губ, отлепился от стены и подошёл ко мне, — выследил?
— Опять гора.
— Я не ошибся, — вздохнул ург, — ты же знаешь, на поиск следов я хреновый нюхач. Мне с людьми работать гораздо проще, но даже я учуял, что зомбак припёрся с её склона. Какая паскуда им путь открывает каждый раз?
Эта мысль и мне не давала покоя. Барьеры вокруг города, барьеры на самой горе, везде барьеры…
— Если бы я только знал. Придётся идти.
— Куда, тарховы яйца? — оскалился ург, — я сам пойду.