— Это обсерватория, — тихо сказала Трейси, проводя пальцами по одному из символов. — Или храм. Или и то, и другое.
Робин замерла у стены, вглядываясь в узоры.
— Смотри, Крис, — прошептала она, кивая на один из рисунков. — Он… он будто повторяет то, что происходит с луной.
Я подошла ближе. На камне был выбит круг, пересечённый волнистыми линиями, а по краю шли отметки — будто деления на циферблате. И в самом центре круга пульсировал слабый, едва заметный свет, совпадавший по ритму с тем, как меняла цвет большая луна: вспышка — пауза, вспышка — длинная пауза. Точно в такт.
— Они связаны, — выдохнула я. — Эти символы… они не просто рисунки. Это схема.
Кайл присел, изучая основание стены, где из камня торчали остатки металлических пластин.
— Здесь был контур, — сказал он, касаясь одной из пластин. — Энергетический щит. Старый, но… — он провёл ладонью над металлом, и тот на секунду отозвался тусклым голубым свечением. — Ещё живой.
Мейс фыркнул, но в этом звуке не было насмешки — скорее облегчение, что хоть что‑то в этом безумном месте может быть на нашей стороне.
— Живой? — переспросил он. — И что, мы можем его включить?
— Можем, — кивнул Кайл. — Но не так, как раньше. Тут нет панели. Только узлы. Нужно замкнуть цепь вручную.
Ален посмотрел на лес, будто ждал, что тени выскочат из‑за деревьев прямо сейчас.
— А если мы его включим… это не привлечёт их?
Кайл на секунду задержал на нём взгляд.
— Привлечёт, — спокойно признал он. — Но лучше встретить их под щитом, чем голыми руками.
Стив шагнул к стене, будто сам хотел взяться за дело, доказать, что он всё ещё полезен.
— Я помогу, — коротко сказал он.
Кайл молча кивнул и начал объяснять, показывая, куда нужно приложить силу, где соединить пластины, где найти скрытые контакты. Мы работали быстро, без лишних слов, будто каждый понимал: время на исходе.
Трейси нашла узел питания — старую батарею, покрытую слоем пыли, но ещё тёплую.
— Она на минимуме, — прошептала она. — Хватит минут на десять. Может, на пятнадцать. Не больше.
— Нам хватит, — процедил Кайл. — Главное — запустить.
Он соединил последний контакт. На секунду всё замерло. Даже ветер, казалось, перестал шевелиться в листве. А потом камень под нашими ногами тихо загудел, и воздух перед нами дрогнул, как над горячим асфальтом.
Щит вспыхнул — не ярко, а приглушённо, словно не хотел привлекать внимание. Но он был. Плотный, ощутимый, как невидимая стена.
— Получилось, — выдохнул Ален, будто до последнего не верил.
Но облегчение длилось ровно три секунды.
Большая луна налилась тёмно‑багровым — и в тот же миг лес взорвался движением.