— Рад, что вы не опоздали.
Трейси осталась у шлюза, быстро сканируя челнок портативным сенсором.
— Всё чисто. Никаких хвостов. Но долго тут стоять нельзя — Родригез уже знает, что печать покинула планету. Он будет искать её по остаточному следу.
Мы рванули к взлётной точке. Каждый знал свою роль: Стив — штурвал, Кайл-7 — навигация и контроль систем, Мейс и Трейси — периметр и сенсоры, Ален — быстрая проверка узлов, Робин — синхронизация с печатью.
Но печати не было.
Я вдруг поняла это, когда мы уже были в воздухе, когда планета ушла вниз, превратившись в тёмный шар с рваными шрамами, и только тогда до меня дошло: мы забрали людей, но не забрали печать.
Я резко обернулась к Робин:
— Печать…
Она покачала головой и тихо сказала:
— Мы оставили её там. По плану. Элиан… он сказал, что должен остаться. Что он — якорь. Пока он здесь, сеть не рухнет окончательно. И… он хотел поговорить с тобой. Перед тем как мы ушли.
Я почувствовала, как внутри всё сжимается.
— Что он сказал?
Робин чуть наклонила голову, будто подбирая слова, которые могли бы удержать меня на месте:
— Он сказал, что теперь у него с тобой есть связь. Не через чип, не через сеть, а через особый канал — такой, который Родригез не сможет перехватить. И если ты будешь ему нужна… он даст знак. Тихий. Только для тебя.
Я закрыла глаза и прислушалась. Не к приборам, не к гулу двигателей, а к тому тихому ритму, который теперь звучал где‑то глубоко внутри, будто кто‑то очень осторожно постучал в дверь моего сознания — один раз, коротко, ровно.
«Я здесь», — прозвучало не голосом, а ощущением.
Это был Элиан.
Стив покосился на меня, будто понял, что я только что услышала что‑то важное.
— Всё в порядке? — тихо спросил он.
Я кивнула, хотя «в порядке» было слишком слабым словом для того, что сейчас происходило.
— Да, — тихо сказала я. — Он с нами. По‑своему.
Челнок рванул прочь от планеты, набирая скорость, уходя в длинный прыжок, который должен был унести нас туда, где Родригез нас не достанет. За спиной осталась печать, осталась точка, где сеть держала небо, остался Элиан — и его тихий, но уверенный голос, который теперь был моим личным маяком.
Месс подошёл ко мне и положил ладонь на плечо — не сильно, но достаточно, чтобы я почувствовала, что я не одна.
— Теперь мы снова вместе, — тихо сказал он. — И пока мы вместе, у него нет шансов.
Робин встала рядом, прислонилась плечом к моему плечу.
— Знаешь, — прошептала она, — я больше не думаю об отставке. Пока есть команда, пока есть мы… я нужна здесь.
Ален, который уже успел пристегнуться и теперь смотрел в иллюминатор на исчезающую планету, вдруг тихо сказал: