Аня жадно впилась глазами в строчки:
'Дорогая сестрёнка Анна!
Привет! Как у тебя дела? Больше не падала со стремянки? А парень, который тебя поймал, симпатичный? На каком он курсе? Что за фрукт? Я конечно ничего против не имею, но ты не забывай, что нам нельзя пока заводить отношения с парнями.
У меня всё хорошо, насколько это возможно… Я так скучаю по тебе, просто невыносимо! Мне кажется, прошла уже целая вечность. Надеюсь, мы скоро будем вместе гулять по нашему парку, есть самое вкусное мороженое и смеяться над старыми шутками до слёз. Твои письма для меня — настоящий лучик солнца в этот серый больничный день, читаю их по десять раз!
Нога ещё болит, голова часто кружится. Врачи не говорят точно, когда меня выпишут, но обещают, что если я буду хорошей девочкой и послушно пить все горькие таблетки, то совсем скоро поправлюсь. Не волнуйся за меня, Аня, честное слово, я держусь! Стараюсь улыбаться медсёстрам, хотя иногда хочется плакать от этой белой пустоты вокруг.
Знаешь, что спасает меня здесь от жуткой тоски? В нашей больнице есть библиотека! Настоящая, огромная комната, доверху забитая книгами. Там столько историй, что можно прожить тысячу жизней, не вставая с кресла. Особенно мне понравились романы писательницы Нади Чайки. Ты же знаешь, как я люблю приключения! А у неё там рыцари в сияющих доспехах, драконы, спрятанные сокровища, верная дружба… Всё как я люблю. Читаешь — и забываешь, где находишься. И вот теперь, Аня, я думаю об этом постоянно: а вдруг наш Черный Рыцарь тоже сбежал со страниц одной из таких книг?
Я никогда не забуду тот страшный день… Я его помню так ясно, Аня, как будто авария случилась вчера. Мы же тогда ехали обратно в академию. Помню, как снег летел густо-густо — фары едва пробивали эту белую стену, а дорога превратилась в сплошной каток, скользкая, как лёд под ногами. Этот гололёд развернул машину так резко, что весь мир просто закружился в безумной карусели! Удар был такой страшный, оглушительный звон стекла, твои испуганные крики… Машина смялась, как старая жестяная банка. Там было так холодно, мороз впивался в кожу сквозь разбитые окна, а страх сдавил горло ледяной рукой — мне казалось, мы могли просто замерзнуть там насмерть.
А потом появился он — наш Черный Рыцарь. Возник прямо из метели, как тёмная тень. Он ничего не говорил, только действовал: разрезал ремни ножом, поднял меня на руки и вынес прямо в снежную бурю. Я помню этот жуткий холод, колючий снег, его сильные руки и запах свежего воздуха — чистого, морозного, такого, каким он бывает только после сильного дождя. А потом наступила полная темнота… Очнулась я уже здесь, в больнице, вся в синяках и с болью, но живая. Спасибо ему, нашему таинственному спасителю. Что стало с водителем — бабушка почему-то не рассказывает, полиция молчит, но я очень надеюсь, что он в порядке.