— Ань, ты чего затихла? — Ксюша села рядом и осторожно положила руку ей на плечо. — Что то случилось?
Анна покачала головой, не решаясь признаться, но слова сами собой прорвались:
— Магия воды мне не даётся. Вместо воды получается один лёд. И я не знаю, что с этим делать. Мне кажется, я какая то… неправильная. Будто моя сила — это ошибка, которую никто не знает, как исправить.
Ксюша нахмурилась, будто эти слова её задели:
— Эй, не говори так. Ты не неправильная. Просто твоя магия другая. Может, лёд — это и есть твоя стихия?
— Но я должна управлять водой! — тихо, но с горечью сказала Анна. — Все учатся создавать шары, ручьи, волны… А я только замораживаю всё подряд. Даже воду не могу просто удержать в руках.
Санька, который до этого молча слушал, вдруг сказал:
— Может, так и нужно? Иногда полезно принять свои способности, а не противиться им. Ты же не заставляешь огонь становиться водой, правда? Так почему заставляешь себя быть кем то другим?
Анна хотела возразить, но не нашла слов. В его словах было что то простое и в то же время такое важное, что она замерла, пытаясь уложить это в голове.
Ксюша обняла её, крепко, по сестрински, так, что все тревоги на мгновение отступили:
— Мы с тобой разберёмся. Вместе. Я буду тренироваться с тобой. И если надо, мы найдём способ сделать твой лёд не слабостью, а силой.
С этими словами Ксюша и Саня вышли из комнаты, оставив Анну наедине со своими мыслями. Она села на кровать, обхватив колени руками, и долго смотрела на шахматную коробку — на неё, как на молчаливое напоминание о вчерашнем вечере, о смехе Макса, о его словах, о том, как легко он всё воспринимал.
Ей хотелось верить Ксюше, хотелось принять свою магию, но страх оказаться дефектной всё ещё сидел глубоко внутри, холодный и упрямый, как тот лёд, который она не могла растопить.
Наконец, чувствуя, что силы совсем на исходе, Анна легла, закрыла глаза и попыталась успокоить мысли. Но они не слушались, кружились, как снежинки в метель, и в какой то момент она провалилась в сон.
Ей снилось, что Макс идёт к ней по берегу пруда. Вода под его шагами не рябила, не плескалась, будто признавала его власть над собой. Он подошёл, взял её за руки — нежно, но уверенно, так, что Анна почувствовала: с ним можно не бояться быть слабой. Его глаза смотрели на неё спокойно, без насмешки, будто он видел не её неудачи, а что то большее, что она сама ещё не научилась замечать. Он притянул её ближе и поцеловал — не страстно, а так, словно хотел передать ей часть своей уверенности, сказать без слов: «Ты справишься».