Она снова и снова пыталась обуздать магию воды. Закрывала глаза, сосредотачивалась, представляла, как вода течёт сквозь пальцы, гладкая и послушная. Но вместо этого чувствовала, как внутри нарастает холод — тот самый, который она так старалась сдержать. Он пробивался сквозь её усилия, превращая каждую попытку в ледяную неудачу. Вместо шара появлялась глыба, твёрдая и безжизненная, и Анне казалось, что это не просто ошибка, а приговор: её магия — не дар, а изъян.
«Я дефектная», — шептал внутренний голос, тихий, но безжалостный. Она пыталась его заглушить, повторяя про себя слова профессора: «Каждая стихия уникальна», но эти слова звучали как утешение для кого то другого, не для неё. Для неё же лёд был доказательством того, что она не вписывается в общий строй, что её сила — неправильная, неудобная, чужая.
Вздохнув, Анна побрела в общежитие. В груди было тяжело, будто она тащила на себе невидимый груз, который с каждым шагом становился всё тяжелее.
В комнате сидела Ксюша. Рядом с ней устроился Санька. Они пили чай и оживлённо о чём то болтали, и от этой простой, уютной картины на мгновение стало чуть легче — будто в комнате было больше света, чем в её мыслях.
— О, Аня! Наконец то! Ты опять практиковалась до изнеможения? — воскликнула Ксюша и тут же засуетилась, наливая сестре чай. — Совсем себя не берёшь в расчёт. Вон, на ногах еле стоишь. Садись, попей, согреешься.
Анна молча села рядом. Слова не находились. Ей хотелось рассказать о своих неудачах, но боялась, что, если произнесёт их вслух, они станут ещё реальнее, ещё тяжелее. Она обхватила чашку ладонями, чувствуя, как тепло медленно проникает сквозь кожу, и на секунду это ощущение было почти счастьем.
Потом, не придумав ничего лучше, чтобы хоть как то влиться в разговор, спросила:
— А ты умеешь играть в шахматы?
— Да не особо, — ответил Санька. — Шахматы — это не моя стихия.
— Я тут видела объявление, что скоро будут соревнования. Ты будешь участвовать?
— Не, это бесполезно, — отмахнулся парень.
— Почему? — удивилась Анна.
— Всё равно его никто не обыграет. Он каждый год выигрывает это соревнование.
— Кто? — ещё сильнее удивилась Аня.
— Как кто? — теперь уже удивился Саня. — Ты разве не в курсе?
— Нет, — честно призналась Анна, чувствуя, как внутри всё замирает в ожидании ответа.
— Макс, конечно, — хмыкнул парень.
От неожиданности Анна вздрогнула, рука дёрнулась, и кружка выскользнула из пальцев, с треском разбившись об пол.
— Ой, извините! — вскрикнула она, вскакивая. — Сейчас уберу!
— Сиди! — строго сказала Ксюша, бросаясь на кухню. — До чего твои тренировки доводят — даже чашку удержать не можешь.