Главный вопрос: сколько мы сможем сохранять инкогнито? Рано или поздно кто-то наткнется на поселок. Хорошо, если с этим «кем-то» удастся договориться. Из сегодняшних разговоров стало ясно: этот город — не единственный на Урале, хотя и самый крупный. В каждом таком поселении — свои банды со своими «понятиями».
Мир внезапно обрел новые, пугающие очертания. Возможность получить блага цивилизации, пусть и за большие деньги, — это одно. Но остальное… Не знаю, что хуже: тысяча диких аборигенов или сотня современных головорезов.
— Слушай, а как часто сюда попадают… ну, такие же, как мы? — спросил я «штурмана».
— Никто не знает, — пожал он плечами. — Если кто натыкается на новый объект, особо не болтает. Зачем делиться?
— Делиться чем?
— Ну… — он обернулся, и в его глазах мелькнул знакомый блеск алчности. — Любое поселенье — это ж клад! Харчи, железо, стволы… Да куча всякого барахла. Трофеи!
— А люди, с ними что?
— По-разному. Но обычно ничего хорошего. Здесь полный беспредел: кто сильнее, тот и прав. Как в древности.
— Что, и рабство есть?
Парень усмехнулся:
— А то! Рынок невольничий тут неподалеку. Рабы — в основном здешние, но попадаются и… наши. Бабы, которые покрасивше — ого-го как ценятся… — он мечтательно прищурился, облизнул потрескавшиеся губы.
«О как. Чем дальше в лес…» — только успел я подумать, как мотор УАЗа захрипел, чихнул несколько раз и заглох.
— Вот сука!.. — вырвалось у меня само собой. Руки вывернули руль, нога вдавила педаль тормоза в пол. УАЗ, послушно вильнув, съехал на разбитую обочину, подняв облако пыли. Под колесами хрустнул битый кирпич.
— Что такое? — встрепенулись сзади.
— Не знаю. Заглох.
Стартер крутил вхолостую — мотор не схватывал. Я вышел, открыл капот.
— Блять… Свети сюда! — крикнул я в кабину. Андрей высунулся, луч его фонаря заплясал по грязному двигателю. Вариантов было немного: трамблер, катушка, предохранители. Привычно проверил все узлы — всё на месте, ничего не оторвано. «Точно контакт, — подумалось. — Какой-нибудь провод, выдержавший бездорожье, отвалился от ровной дороги».
— Тихо! — Андрей резко погасил фонарь. — Кажется, кто-то едет!
Я прислушался. Верно — в ночной тишине явственно слышался шум мотора. Мы дружно прижались к стене. «Может, пронесет? Ночь темная, фары нас не заденут…»
Секунды тянулись мучительно долго. Наконец, по сереющему асфальту заплясали неровные блики желтого света. Одна машина.
Защелкали затворы. Я придвинулся к УАЗу, чтобы в случае чего нырнуть в кабину за револьвером.
Шум нарастал, блики становились ярче. Из-за угла, как призрак апокалипсиса, выкатил высокий пикап. Над кабиной, зловеще чернея на фоне неба, торчал длинный ствол крупнокалиберного пулемета. Он проезжал мимо, его свет скользнул по стене над нами, не задев… И в этот миг наш «пивной» знакомец вдруг сорвался с места… Вернее, не сорвался, а вывалился на дорогу — с ножом между лопаток далеко не убежишь.