Машины интереса не представляли. Салон «Мицубиси» залит кровью, кишками и мозгами. Капот смят, радиатор вырван. У «Судзуки» пробиты три колеса — глубокие порезы, как от гигантских когтей. «Буханка» лежала на боку, крыша смята, будто по ней проехал танк. Слили бензин и соляру — несколько канистр. Забрали аккумуляторы, что могли сдернули из электронники, содрали запаску с буханки. Искали следы ушедших тварей. Олег обошёл всё вокруг. Ничего. Ни следов, ни отпечатков, ни клочков шерсти. Словно они испарились или ушли под землю.
— Может, уплыли? — предположил Леонид, глядя на неподвижную гладь озера.
— Или улетели, — мрачно пошутил Андрей, бледный, как полотно.
Фантастика. Но иного объяснения не было. Солнце поднималось выше, пекло нещадно. Запах становился невыносимым. Боязнь возвращения чудовищ гнала прочь.
— Всё. Хватит. По коням! — скомандовал Леонид, брезгливо стряхивая с сапога кусок чего-то тёмного и волокнистого.
Глава 16
— Представить даже стрёмно, что мы могли на этом озере заночевать… — Леонид с сухим щелчком передёрнул затвор своего калаша, убедившись в боеготовности, и небрежно швырнул оружие на заляпанное грязью заднее сиденье. Его взгляд, привычно сканирующий горизонт, был напряжённым.
Гул мотора заполнял кабину, смешиваясь с грохотом железа. Я машинально кивнул, пальцы непроизвольно сжали руль потуже. Картина увиденного у того зловещего озера, где вода казалась слишком тёмной, а тишина — слишком настороженной, всплыла перед глазами с пугающей чёткостью.
— Ну да… — согласился я, голос прозвучал хрипловато. — У меня тоже мурашки по спине ползут.
— Ты ведь был тогда на реке, — Леонид вдруг повернулся ко мне, его обычно спокойные глаза стали острыми, колючими. — Когда твари прорвались в посёлок? Помнишь?
— Быть-то был, Лёнь, — выдохнул я, перекрикивая шум — Но толком… ничего не понял. Суета, паника, стрельба… Как в тумане всё.
— Ну там же подстрелили кого-то? — настойчиво перебил он, не отрывая взгляда. — Трупы видел? Хотя бы мельком?
— Видел… — подтвердил я, глядя на исчезающую под колесами степь. — Похожи… Но как-то… знаешь, помельче. Изящнее что ли… — я искал сравнение, — Как будто тигра с рысью поставить рядом. Оба кошачьи, а разница — сразу видна.
— Может, молодняк? — предположил Леонид, его пальцы нервно барабанили по пластику двери. — Щенки или там… подростки?
Я задумался, мысленно возвращаясь в ту ночь. Воспоминания были обрывочными, смазанными.
— Да чёрт его знает, Лёнь, — честно признался я. — Может, и молодняк. Я тогда вообще думал, волки какие-то мутировавшие.