Шел, поглядывая по сторонам, стараясь слиться с толпой. Огни костров и висевших повсюду ламп резали глаза. Кто-то громко спорил, кто-то пел пьяную песню. Я огибал группы людей, стараясь не встречаться ни с кем взглядом.
Подходил к стоянке со стороны наблюдательного поста толстяка. Тут было темно, только отблески дальних костров слабо освещали развалины. Его силуэт, всё с тем же кувшином, отчётливо вырисовывался на углу дома. Он стоял, прислонившись к стене, наблюдая за нашей стоянкой.
Я оглянулся. Рядом никого. На земле валялся короткий обломок доски, похожий на кусок шпалы. Я поднял его. Тяжелый. Бесшумно, как тень, используя укрытия, подкрался к толстяку сзади. Он что-то высматривал в темноте, кувшин стоял у его ног.
Я поднял доску, и без всякого сожаления опустил шпиону на голову. Раздался глухой, влажный стук, как по спелой тыкве. Толстяк ахнул, не столько от боли, сколько от неожиданности, и грузно, как мешок, плюхнулся на землю. Кувшин с глухим звоном покатился в сторону, но не разбился.
Я быстро нагнулся. Дышит. Жив. Но приложил я его знатно. На затылке под пальцами чувствовалась липкая теплота. Волосы слиплись от крови. Когда он падал, видимо, ударился лицом о стену — на скуле расплывался темный кровоподтек.
Быстро обыскал его. Из внутреннего кармана куртки достал тяжелый ТТ в самодельной кобуре. За поясом — складной нож с фиксатором. В кармане брюк — пачка винстона и коробок спичек. Всё это сунул себе в карманы. Кувшин затолкал ногой подальше в тень.
Откатил самого толстяка в сторону от тропинки, в кусты бурьяна. Мало ли кто пройдет. Аккуратно запихнул кровавый обломок доски под груду мусора.
Затем, стараясь дышать ровно, спокойным шагом подошел к мужикам. Они не спали, стояли кучкой, напряженно глядя в мою сторону.
— Готовьтесь к отъезду. Сейчас. Там… в магазине… Лиза и её отец убиты. Толстяка я вырубил, надо забирать с собой.
Едва мы с Валерой успели собрать разложенный скарб, как Леонид и Владимир приволокли бесчувственное тело толстяка. Он тяжело дышал, хрипло посапывая. На голове и лице чернели пятна крови в тусклом свете звезд.
— В Зяму, — скомандовал я, — В багажник. Связать и рот заткнуть.
Мужики грубо впихнули тушку толстяка в багажник УАЗа. Владимир залепил ему рот скотчем, Леонид стянул руки и ноги веревкой, для надежности еще и примотав к железной петле на днище.
Глава 34
А дальше всё пошло как в кино. Только без дублей, по-настоящему.
Взревели моторы, мы тронулись. Фары не включали — холодный свет полной луны был достаточно ярким, чтобы различать контуры развалин, избегать самых глубоких колдобин и придерживаться нужного направления. Движок моего УАЗа недовольно порыкивал. Я воткнул третью передачу, пытаясь снизить рев, но это мало помогло — груженая машина протестовала. Мы не успели проехать и полквартала по пыльной улице, как в зеркале заднего вида, в просвете между почерневшими скелетами домов, замелькали желтые прыгающие блики фар. Не одна пара. Две, как минимум.