Глава 36
Как проехали эти десять километров — я даже не заметил. Время сплющилось, сжалось в комок нервов и дорожной пыли. И дело было не только в спешке. Всё-таки, что ни говори, а «Тойота» — она и в Африке «Тойота». Даже праворукая, что поначалу вызывало лёгкий диссонанс — привыкший ловить взглядом обочину слева, теперь я видел её справа.
Хотя, если разобраться, какая теперь разница? Дорог как таковых нет — есть направления. И правил нет. Гаишников с полосатыми палочками — тем более нет. Хоть на корыте гоняй, хоть на танке — никто слова не скажет, кроме тех, кто захочет тебя подстрелить.
Пока ехал, машинально прошёлся по всем полочкам, кармашкам и щелям салона. Парни, обыскивая крузак после боя, прошмонали только основное — оружие, патроны, явные ценности вроде кошелька или часов. А вот небольшие отдельчики, потаенные уголки, остались нетронутыми. Словно машина хранила свои маленькие секреты.
Улов, конечно, не ахти какой богатый. Пара патронов калибра 9 мм, завалявшихся в углублении под рулем. Серебряная цепочка тонкой работы с маленьким, потемневшим от времени крестиком — возможно, оберег, а может, просто украшение, забытое кем-то. Несколько разномастных болтов и гаек — не в смысле драгоценных перстней, а самых обычных, стальных. Календарик-листовка за 2011 год с изображением пушистой новогодней ёлки на обороте и надписью «С Наступающим!» — реликт из совсем другой эпохи. И… фотография.
Небольшая, цветная, чуть выцветшая по краям, карточка. Семейное фото: крепкий, улыбающийся мужчина в клетчатой рубашке, женщина с добрыми, немного усталыми глазами и светлыми волосами, убранными в хвост, и между ними — рыжеволосый мальчуган лет десяти, щербатый от счастья. Причём, похоже, мужик этот и был тот водила которого я положил. Фото старое, снято явно дома, в обычной квартире. На заднем плане — балконная дверь с полупрозрачными желто-зелёными шторами, ламповый телевизор в деревянном корпусе, угол шкафа. На полу — ковер с геометрическим узором, вытертый до блеска в проходе. Типичный снимок начала девяностых. Надписей на обороте нет. А у хозяина теперь и не спросишь.
Вот тут и возник главный вопрос. Человек на фото, конечно, моложе того, что лежал с простреленной головой. Но не на сорок лет! Максимум — лет на десять, пятнадцать. И то — не факт. По идее это мог быть тот пацан с фотки, подросший просто. Черты лица… вроде похожи. Но мужик был брюнетом, с густыми, темными, чуть вьющимися волосами. А паренёк на фото — огненно-рыжий! Как солнечный зайчик. Не перерождается же рыжий ребенок с годами в черноволосого? Или перерождается? Надо будет у кого-нибудь спросить…