— А если просто собрать золото по своим? — выпалил я новую идею. — У нас же полторы тысячи женщин! У каждой хоть колечко, хоть сережки да есть. Грамм по десять — наберется! Это же пятнадцать килограмм! Можно закупиться так, что на год хватит!
— И над этим я думал, — покачал головой Сергей Алексеевич. — Не наберем мы столько. Оно может и есть. Но отдадут ли? Мы лекарства для общего фонда толком собрать не смогли — кто-то припрятал про запас, кто-то честно отдал последнее. А тут золото… Святое. Нажитое, фамильное. Или память… — Он взглянул на меня.
— Что же, совсем не наберем? Вот ни килограмчика?
— Я что, на Вангу похож? Может, наберем килограмм, а может — сто грамм. Если так заело — тебе и карты в руки. Организуй сбор. Пройди по людям, поговори, убеди. Хоть сто грамм сдадут — лишним не будет. Добровольно, без принуждения. — Он подчеркнул последнее слово.
Я прикинул перспективу: ходить по дворам, смотреть людям в глаза, уговаривать расстаться с последними ценностями… Брр… Когда я предлагал эту идею, я видел себя генератором мысли, а исполнителями — кого-то другого, «специально обученных людей».
— В любом случае, что-то решать придется, — продолжил глава, видя моё замешательство. — Топливо на исходе. Патроны в лесу не растут. С лекарствами — беда. Инструменты медикам нужны — вон целый список твоя Аня вручила. Где брать? На деревьях?
Тут уже я пожал плечами, глядя в пыльное боковое окно. Тупик.
— Но я кажется знаю как быть, — ехидно покосившись в мою сторону, ухмыльнулся Сергей Алексеевич. Машина замедлила ход у здания штаба. — Ты сам этими вопросами и займешься. Сам придумал — сам и исполнишь. И со сбором золота, и с налаживанием контактов… Разведку организуешь. Хе-хе…
Глава 26
— Ну и как ты хочешь собрать столько золота? — спросила Аня, когда я, вернувшись домой, поделился своей грандиозной идеей. Она отложила штопанную детскую рубашку, выслушала, но с трудом прятала улыбку, скрываясь за чашкой с травяным чаем. Её взгляд скользнул по моему возбужденному лицу, смешанные чувства читались в глазах — ироничное недоверие и жалость к моему наивному энтузиазму.
— Да просто! — воскликнул я, расхаживая по кухне, запах жареной оленины еще витал в воздухе. — Пойду по знакомым сначала. К Андрею, к Лехе… Объясню, расскажу, для чего это нужно, что стоит на кону… Всем же ясно — выживание! — Я ткнул пальцем в грудь. — Мне кажется, это нормально — помогать самим себе в такой ситуации. Объединиться ради общего блага!
— Ха! — Аня не сдержала короткого смешка и тут же прикрыла рот ладонью. — И ещё раз ха! Ладно, представим. Я — твоя знакомая. Скажем, тётя Маша с шестой улицы. И ты пришёл ко мне, в мой дом, просить отдать все мои украшения. Все. Без остатка. — Она пристально посмотрела на меня, поставив чашку на стол. — Ну? Действуй. Уговаривай меня. Мотивируй. Рассказывай, ведь тебе же нужно золото! Объясни мне, почему я должна тебе его отдать? Почему я должна расстаться с тем, что, возможно, копила годами или получила в подарок от близкого человека?