— Деревянные. Зеленые… вроде… — Андрей вползал под стеллаж. — Много!
Пространство под стеллажом, во всю его длину, было забито аккуратными, крепко сколоченными ящиками. Краска на многих действительно была зеленой, армейского оттенка, но сильно выцвела и облупилась. Пыль и паутина скрывали детали.
— Тяжелый… — Андрей попытался вытащить один, но не смог. — Помоги!
Леонид поддел ломиком, я ухватился за край. Ящик, скрипя, выехал на свет.
— Лом сюда! — Леонид уже копошился у крышки, ища слабину. Нетерпение витало в воздухе.
Щелчок, треск дерева — крышка отскочила.
— Ну бля… — разочарование в голосе Леонида было густым, как подвальная пыль. — Чо за херня…
Под крышкой лежали аккуратные, но пожелтевшие от времени полиэтиленовые пакеты. На одном я с трудом разобрал слова: «Азотнокислый…» Дальше надпись была нечитаема. Этикетки соли хоть как-то сохранилась, а здесь почти всё смазано.
— Удобрения, — Леонид пнул ящик ногой. — Обычные нитраты. Бинго не вышло. Взломав еще пару ящиков и убедившись в их одинаковом содержимом, он махнул рукой. — Наверное, и правда пора спать. А то щас еще какую-нибудь дрянь откопаем.
Разочарование висело в воздухе. Конечно, глупо было ожидать оружия или консервов в овощном бункере. Но азарт кладоискателя гнал вперёд, а реальность била по носу.
Поковырявшись ещё минут десять без энтузиазма, мы побрели обратно к машинам. Ноги ватные, глаза слипаются.
— У меня короткая… — Олег мрачно разглядывал огрызок спички в своей дрожащей руке. Даже в тусклом свете переноски он выглядел ужасно: землисто-серое лицо, огромные фиолетовые круги под запавшими, лихорадочно блестящими глазами. Казалось, он держится только на нервах.
— Слушай, а у тебя температуры нет? — я приложил тыльную сторону ладони к его лбу. Кожа была сухой и обжигающе горячей. — Да ты пылаешь!
— Точно, горишь как печка! — Леонид подошёл, его нахмуренное лицо стало серьезным. — Дружище, ты заболел. — Он полез в карман рюкзака. — Чайку ему горячего, быстрее! — бросил он нам, а сам сосредоточенно доставал маленькие блистеры с таблетками. — А тебе, Олег, я сейчас «молоток» сварганю.
— Чего? — Олег смотрел на него мутным взглядом.
— Народное средство. Молотком зовется. Бьет наотмашь. По две штуки: анальгина, аспирина и цитрамона. Мертвого поднимет. Главное — запить кипятком. — Он уже доставал ложку и металлическую кружку.
— Откуда у тебя лекарства-то? — удивился я. В нашей аптечке водились только бинты, йод и уголь.
— Сестра впихнула. На всякий случай. Дай стакан и ложку. — Получив посуду, Леонид методично, с хрустом, стал давить таблетки ложкой. — Так быстрее подействует. Потому и «молоток». Раз — и ты огурчик.