Тогда я потребовал от него рассказать всё, что он знает про Наину с Присциллой и про то, есть ли какая возможность у нас вместе выбраться? Да, всё верно: я снова предложил ему вступить в нашу банду, но в этот раз у него не было права нам отказать. И, не поверите, он с радостью согласился. А ведь я так хотел спеть ему песню Высоцкого про Кука. Мой товарищ тем временем напилил целую пригоршню металлической пыли, и Засада, вдруг убоявшийся этой пыли, сообщил нам, чтобы мы её ни в коем случае не вдыхали. Она, мол, блокирует колдовские способности, а уж если окажется в лёгких, то потом не откашляешься. Услышав про такое, я велел Денису не останавливаться, а всё, что он напилил, я тут же конфисковал в свою пользу. Далее мы накормили и напоили волчьего пастыря, поскольку общее дело лучше делать на сытое брюхо, а его нынешние мучительницы всё последнее время держали несчастного узника на хлебе и воде.
Засада поел жареного мяса, попил вина и, подобрев, сознался нам в том, что действительно является потомком титана, но какого именно — он не знает, поскольку одних только лесных было несколько десятков, а среди них наличествовали и Пан, и Велес, и даже Бахус. А все они, как известно, были большие бабники. Позарился один такой на сатирку, и вот от той связи уже он, Засада, прямой потомок и есть. И потому-то его Присцилла с Наиной и не тронули, всё же где-то очень далеко, а они родня. Но они сами не чистокровные титаны, а совершенно другого племени, поскольку их предки прибыли из самого Тартара. Да и к истинным Сидхе они не имеют отношения, это у них мода такая, корчат из себя загадочных обитательниц белых холмов, а сами — редкостные страхолюдины, на людях показаться стыдно. Потому и прячутся.
А ещё рассказал Засада, там-то, снаружи, они слабы, и он в одиночку их обеих мог пришибить посохом, как тараканов, но зато здесь, у себя в укрытии, они совершенно неуязвимы. Потому и нахальничают. Тут они у себя и цари, и боги. Да всё их племя такое. По норам прячутся и воображают про себя невесть что. Народишко окрестный смущают и бессовестно лгут, что, будто бы, они коренные богини плодородия, а те и рады. Фаллосов им из столбов настругают и ну молиться, да только там от плодородия один звук пустой. Эти две древние суки уже давно рожать разучились, поскольку нет такого богатыря, который на них бы соблазнился и одолел их в любовной схватке. Многие пробовали, но результата не было, нет и не будет. Они потому и берут по стольку мужей, потому что — а вдруг повезёт? Но вот уже тысяча лет прошла, а у них сплошная непруха.