Я вышла на крыльцо.

Тариэл встал чуть позади. Не впереди меня. Рядом, но на полшага сзади. И почему-то это придало сил больше, чем если бы он закрыл меня собой.

Архимаг Сурен поднял глаза.

— Княгиня Орбелиани.

— Архимаг.

— Вы выглядите лучше, чем ожидалось.

— А вы — хуже, чем хотелось бы.

За спиной кто-то из магов резко втянул воздух.

Сурен не изменился в лице.

— Совет обеспокоен ночным нападением.

— Так обеспокоен, что приехал проверить детей, а не преступников?

— Дети являются причиной опасности.

— Нет. Причиной опасности являются взрослые, которые называют детей причиной опасности.

Его глаза стали холоднее.

— Вы устали, княгиня. Ваше состояние после расторжения брака понятно, но не даёт вам права препятствовать закону.

Расторжение брака.

Как красиво.

Не предательство. Не унижение. Не попытка стереть Тамару как женщину и как наследницу рода.

Расторжение брака.

Я спустилась на одну ступеньку.

— Закон дал мне Шавцихе. Дом признал меня хозяйкой. Дети находятся в моём доме.

— У вас нет подтверждённых опекунских прав.

— А у Совета есть подтверждённое право пугать детей до полусмерти?

Сурен улыбнулся.

Впервые.

И эта улыбка была хуже гнева.

— Приведите младшего.

Лука под столом тихо заскулил.

Я не обернулась.

Не могла.

Если увижу его глаза — сорвусь.

— Нет.

— Княгиня, вы не поняли.

— Это вы не поняли. Я сказала нет.

Сурен сделал едва заметный жест.

Двое магов пошли к двери.

Тариэл шагнул.

И воздух изменился.

Все всадники одновременно потянулись к оружию. Маги замерли.

Сурен посмотрел на него.

— Месхи. Я надеялся, слухи преувеличены.

— А я надеялся, ты уже умер от собственной важности.

— Ваше присутствие здесь незаконно.

— Внеси в список моих грехов. Там ещё есть место внизу.

— Вы не имеете права вмешиваться в работу Совета.

Тариэл улыбнулся.

— А ты попробуй работать аккуратнее.

Сурен перевёл взгляд на меня.

— Княгиня Орбелиани, вы понимаете, что связь с изгнанником только ухудшает ваше положение?

Я почувствовала, как Шавцихе за моей спиной затаила дыхание.

Дети молчали.

Марта молчала.

Тариэл молчал.

Все ждали, что я отступлю. Смягчу. Скажу, что Тариэл здесь случайно. Что я не связана. Что я всё ещё удобная женщина, просто немного потрясённая разводом.

Я устала быть удобной.

— Моё положение, архимаг, ухудшилось в тот момент, когда Совет позволил публично назвать меня неполноценной, не задав ни одного вопроса. Теперь я хотя бы сама выбираю, кто стоит у моих дверей.

Сурен медленно поднял брови.

— Вы делаете ошибку.

— Нет. Я впервые делаю выбор.

Его лицо стало каменным.

— Тогда слушайте официальное заключение Совета. До подтверждения вашей магической полноценности вы не имеете права быть опекуном драконят, принимать решения об их содержании и препятствовать проверке крови.