– Кинзу.
Я с сомнением смотрю на салат.
– Думаешь?
– Уверен. Так будет лучше.
– Забавно у нас получается, – замечаю я, добавив в салат кинзу. – Муж учит жену готовить. Жена учит мужа, как перед ней не спалиться. Видели бы нашу идиллию твои воздыхательницы – перестали бы мне строчить эсэмэски с разоблачением.
– В смысле? – удивляется Роман.
– У тебя очередная поклонница, а ты этого даже не заметил.
Хмыкнув, я киваю на свой телефон на столе, а сама заправляю салат. А неплохо получилось, действительно. Хотя кинзу я бы все же не добавляла. С другой стороны, она не особенно портит вкус.
Обернувшись, ставлю салат на стол. Роман молча изучает мой телефон, и его настроение очевидно портится – челюсть сжимается, глаза прищуриваются. Потом он коротко выдыхает и стучит пальцем по экрану.
– Что ты делаешь?
– То, что должна была сделать ты. Блокирую и стираю. Так будет лучше. Почему сразу не сделала?
Я пожимаю плечами.
– Да отвлеклась на аукцион. Потом просто забыла. Вспомнила, только когда услышала запах на твоем пиджаке.
Роман устало выдыхает.
– Лиза, ты же знаешь…
– Знаю, знаю, – отмахиваюсь. – У вас большой коллектив, куча работы с вечно горящими сроками и своеобразный стиль общения. Не повторяйся. Жуй давай. А то на лице скоро одни глаза и останутся.
Я щедро насыпаю ему в тарелку салат и двигаю поближе его любимое блюдо. Пусть ест, а то и правда заметно похудел в последнее время. То, что они при встрече все обнимаются, для меня не новость. Когда я там появляюсь, мне тоже не удается отбиться. А Роман куда деликатней меня.
– Что-то ты совсем без сил, – говорю я, когда замечаю, что он не столько ест, сколько возит вилкой по тарелке. – Может, ты поторопился с увольнением Карины? Ты сам говорил, что она талантливая девочка и хорошо тебе помогает.
– Ничего. Эта тоже не без способностей. К тому же она быстро учится.
Понаблюдав еще какое-то время за тем, как он мучает еду, я убираю тарелки и делаю нам двоим чай.
У него в руках большая чашка. У меня не меньше. Благодать! Это наше любимое время – когда наконец можно расслабиться и отпустить уходящий день вместе с дымком, который струится над чашками.
– Как прошел аукцион? Удалось найти что-то интересное? – спрашивает Роман, а когда я в ответ расстроенно пыхчу, недоверчиво уточняет: – Что, совсем ничего?
Я развожу руками.
– То есть, «Волга» отца продолжает гостить у нас в гараже?
Я улыбаюсь. Да уж, отец Романа попросил нас об одолжении, чтобы этот раритет постоял в нашем загородном гараже пару недель, пока он не найдет мастера, который не заставит его любимицу снова бегать. Новая машина у него есть, но она, с его слов, не дарит никаких ощущений.