– Любовь. Без сомнений.
– Любовь, – соглашаюсь я.
Иду к лифту. Медленно. Тяжело. И каждый мой шаг будто повторяет мне тихим эхом, собирая маленькую мозаику из разрозненных пазлов:
«Я передумал. Еду. Да, к тебе. Не домой же.»
«Да. Еду. К тебе. А куда еще?»
«И что это?»
«Любовь. Без сомнений».
«Любовь…»
Дома я едва нахожу в себе силы, чтобы поставить цветы в вазу. Руки все еще дрожат – лепестки скользят, стебли не слушаются. Душ принимаю на автомате – горячая вода, но холод внутри не уходит. Переодеваюсь. Ложусь в постель.
Глаза слипаются. Тело требует отключиться. А сна нет. Давящую тишину разбавляют часы, как будто пытаются меня убаюкать. И, наверное, у них получается, потому что я не слышу, когда Роман возвращается.
Просто открываю глаза, а он уже здесь. Стоит в дверях спальни, прислонившись плечом к косяку. Силуэт неподвижный, будто вырезанный из темноты.
Ждет, когда я проснусь.
Ждет, но не решается разбудить.
Свет из коридора падает на его лицо, высвечивая резкие линии скул, тень под глазами. Он выглядит усталым. Измотанным. Осунувшимся. Но почему-то спокойным. Слишком спокойный. Как человек, который уже принял решение и теперь просто ждет, когда все закончится.
Собравшись с духом, я сажусь, подтягиваю к себе колени, обхватываю их руками, сцепив пальцы в замок, и спрашиваю:
– Ты хочешь мне что-то сказать?
Глава 10
Он слегка опускает голову, словно подбирает слова. Я не знаю, как долго он молчит – возможно, доли секунды. Но все это время я не дышу. Просто смотрю на него. Смотрю и боюсь услышать ответ.
Глаза начинают болеть от рези, потому что моргнуть я тоже боюсь. Вдруг он исчезнет? Вдруг все рассыплется? Вдруг я услышу то, что не смогу пережить?
В последний раз так страшно мне было, пожалуй, когда я в первый раз прыгнула с парашютом. Он же был и последним.
Такие же ощущения – на грани, перед прыжком, только за спиной нет страховки и крепких объятий Романа.
Пустота.
Зыбкая, пугающая до чертиков и онемения пальцев.
– Ром… – прошу его, подталкиваю, потому что балансировать дальше невыносимо.
Я падаю. Медленно, бесконечно долго падаю в пустоту.
Он поднимает голову – и я, не веря глазам, вижу улыбку. Его улыбку. Беспечную. Ироничную. Словно ничего не случилось.
– Хочу сказать, да, – он согласно кивает. – Вернее, спросить. Цветы на кухне – ты их купила сама?
Я удивленно моргаю.
Раз.
Второй.
Пытаюсь понять, правильно ли я услышала.
– Цветы?
До меня не сразу доходит, о чем он. С трудом удается сфокусироваться и вырвать из памяти нужные кадры.
– Нет. Подарили.
– Вот как? Кто?
В его голосе нет ревности или напряжения. Только легкое любопытство.