Но мне все равно. Мне так удобно. Мне нравится. Мне нравится себя чувствовать – так.
– Еще больно?
Качаю головой.
Обнимаю сильнее.
– Испугалась?
Качаю головой:
– Не успела.
Удовлетворенный выдох в макушку. Вот теперь расслабился он.
– Идем? – предлагает, когда я сама отстраняюсь, и протягивает мне руку.
Я вкладываю ладонь в его.
– Думаешь, это правильно и нормально, если уж стоишь на ступеньках ресторана, попробовать его кухню?
Он усмехается.
– Конечно, после такого диагноза, которым нас наградили, нам все равно, что нормально – что нет. Но, думаю, будет справедливо дать официантам этого ресторана шанс не только свернуть себе шею, но и чуть-чуть заработать. Хотя бы на разогревающий крем для нее.
Подняв голову, я вижу в огромных прозрачных окнах ресторана человек пять-шесть любопытствующих, которые заметив наши взгляды, тут же разбегаются испуганной стайкой в разные стороны.
– О, и проход наконец-то свободен, – хмыкает Марк. – Все, как нам нравится.
Глава 47
– Что закажем? Может быть, оджахури и чашушули? Можно еще взять шашлык. А для начала хачапури по-аджарски. Как тебе?
– Красиво звучит, с изюминкой, – улыбаюсь я, рассматривая в меню перечень блюд, в которые каким-то чудом затесалось единственное без мяса. – Но я лучше что-то полегче. Вот, салат с гранатом и орехами. Так, что тут? Крупные листья хрустящего салата, ломтики свежего огурца, красный перец… теплые грецкие орехи… зерна граната…
У меня даже слюноотделение усиливается, когда я это читаю. Поднимаю голову – и натыкаюсь на удивленный взгляд Марка.
– Не соблазнила?
На его губах появляется медленная улыбка, а взгляд с удовольствием путешествует по моему лицу, и с не меньшим – задерживается на моих губах.
– Я имею в виду: не соблазнила на салат?
– Я именно так и понял, – кивает он, с трудом подавив улыбку, и откладывает меню. – Нет, Лиза, прости, вечером мне трудно притворяться травоядным. Сегодня был насыщенный день: угроза срыва поставок и сроков, парочка увольнений, изучение бессмысленного отчета за квартал. Я и так слишком долго держался.
Я смеюсь. Откидываюсь на спинку стула и смотрю на него – на то, как свет тяжелой кованой люстры ложится на его скулы, на расслабленные плечи, на пальцы, которые лениво постукивают по краю меню.
И на душе так тепло. Тепло-тепло, прямо теплышко разливается где-то под ребрами. Хочется сидеть вот так и смотреть на него. Просто смотреть. Долго-долго.
Ресторан довольно милый: неяркий свет, тяжелые бархатные шторы цвета бургунда, стены обшиты темным деревом. Столики расставлены далеко друг от друга, и это создает ощущение уединения. В углу потрескивает камин – настоящий, не декоративный, – и запах дыма смешивается с ароматами специй и жареного мяса. Грузинская кухня. Тепло. Уют. И Марк напротив.