Но он не дотянулся. Да, откровенно говоря, и не смог бы дотянуться. Никак. Слишком велика была разница между тем мной, который — он, и тем мной, который — я. Слишком много через что мне пришлось пройти за те сто девяносто шесть лет, что составляет наша с ним разница в возрасте. Пацан он ещё совсем: всего-то сорок два года — вообще не серьёзно.
Его «быстро» — ничто, в сравнении с «быстро» моим, тем, которое сложилось после четырёх кардинальных улучшений моего организма и тех самых ста девяноста лет тренировок. Его «мощно» — ничто, в сравнении с «мощью» Владельца Солнечной Системы и Чемпиона «Мортал Комбат», вбившего в землю по ноздри самого Онагу.
Да, момент был рассчитан идеально — рассчитать ещё лучше он бы просто не смог. Вот только, откуда ему было знать о «стоп-кадре» и «прыжке»? Я ведь ему о них никогда не рассказывал, и при нём их не демонстрировал. А здесь, в «Конце времён», как я уже упоминал, в отличие от пространства УВИ, все мои «паранормальные» способности работали в полном объёме.
Так что, незадачливый я… пробил пустое кресло насквозь. И имел удовольствие наблюдать, как оно медленно (для меня медленно) разлагается в фиолетовой дымке, расползающейся от места удара к краям, словно огонь, по бумаге, проткнутой раскалённым до бела железным прутом. В то время, как я уже стоял за спиной Анниты, колеблясь и решая в своей смятенной душе дилемму за дилеммой.
Он уже понял, что проиграл, когда выпрямился и повернулся лицом ко мне. Понял, но сдаваться не собирался. Лишь поудобнее перехватил в своей руке своё оружие, прикидывая, как напасть так, чтобы не задеть стоящую между нами Анниту.
Колебания требуют времени. И, в этот раз, к сожалению, у меня время в запасе было. Ведь я мог его для себя просто остановить. И я это сделал.
Стоп-кадр сработал штатно. Так, как и должен был сработать. Так, как он всегда и работал. Комната и все, находящиеся в ней разумные замерли. Всё замерло. И развернувшийся для новой атаки он. И абсолютно самодовольный Тот-кто-остаётся, с удобством развалившийся в своём кресле и наблюдающий за разворачивающимся действием. Ему, для полноты образа только пакета с попкорном не хватало.
И Томас Бланк, уже успевший вскочить со своего места и достать… «Печенег», под прицел которого взять новоприбывших гостей.
И потерянная, ничего в происходящем не понимающая Аннита. Ну, или делающая такой вид — помнится, она очень умело пользовалась своей внешностью «наивной, хлопающей голубыми глазками кудрявой блондинки», в то время как за этим фасадом скрывался быстрый и цепкий ум. А ещё лисья хитрость и крайняя жёсткость, местами переходящая в жестокость. Её актёрскому таланту могли позавидовать и современные Голливудские профессионалы. Так что, не готов был я поручиться за то, что она действительно «растеряна и ничего не понимает». Скорее, поверил бы в обратное.